Он вышел на крыло мостика оценить ситуацию. В начале охоты «Додж» находился чуть впереди головного судна правой колонны. Да и «Килинг» был неподалеку от правой части фронта. Вот оно опять, ускорение времени. Долгое бездействие, а затем события развиваются все быстрее и быстрее, пространство сокращается, время спешит.
– Локатор докладывает дальний контакт на пеленге один-шесть-ноль, сэр, – внезапно произнес телефонист.
Уже? Значит, подводная лодка в погруженном состоянии шла не оптимальным для себя курсом.
– Контакт у меня в десяти градусах по носу, – сообщил Краузе в рацию.
– Вас понял, сэр.
– Я принимаю управление, мистер Найстром.
– Есть, сэр.
Получалось, они с подлодкой идут практически курсом на столкновение. Это как первое касание клинков в бою с новым противником. В былые дни, когда шарик на кончике рапиры стремительно двигался перед его маской, а ощущение от встречи клинков отдавалось в запястье и дальше к локтю, Краузе должен был как можно быстрее оценить противника, силу его руки, быстроту движений и реакции. То же самое он делал сейчас, принимая во внимание, что перископ был над водой чересчур долго и под водой лодка взяла не лучший курс. Командир подлодки, которая сегодня утром ушла от «Килинга» и «Виктора», был опытен и хитер. Этот не такой – менее искусен, менее осторожен. Может быть, он новичок, может быть, чересчур самоуверен. Может быть, даже сильно устал.
– Локатор докладывает дальний контакт на пеленге один-шесть-один, – сказал телефонист.
Пеленг сместился так незначительно, что поворачивать пока не нужно. Лучше подождать.
Рядом стоял Нурс.
– Мне лучше бомбить одиночными, сэр? – спросил он.
Это было утверждение с вопросительным знаком на конце. Нурс мог высказать, что, по его мнению, лучше, но ответственность лежала на Краузе. У охотника на уток был выбор: один выстрел из дробовика или шесть из винтовки. Краузе вспомнил все серии, сброшенные без всякого результата. Цель – замедлить подлодку, ослепить, дать конвою время пройти мимо. Но одна правильно нацеленная серия может уничтожить ее сразу, и сейчас представится удачная возможность. Искушение было почти непреодолимое. И тут Краузе подумал, что будет, если он растратит все глубинные бомбы и промахнется. Он останется практически беспомощным, бесполезным, а цели так и не достигнет.
– Да. Одиночными, – сказал Краузе.
Он забыл про усталость в ногах, про ноющие ступни; на этот раз напряжение нарастало не так быстро, но теперь, когда требовались быстрые решения, он вновь был напружинен и собран.
– Локатор докладывает…
– Перископ! – перебил другой телефонист. Одновременно с его словами все в рубке услышали крик впередсмотрящего. – Баковый впередсмотрящий видит перископ прямо по курсу.
Краузе поднял бинокль. В то же мгновение заработала сорокамиллиметровка правого борта, чуть впереди мостика. Затем тишина. Краузе только успел заметить всплески от сорокамиллиметровых снарядов, как два телефониста заговорили разом.
– Локатор первый, – распорядился Краузе.
– Локатор докладывает контакт на пеленге один-шесть-четыре, дистанция две тысячи ярдов.
– Баковый впередсмотрящий докладывает, перископ исчез.
– Орудие сорок два открыло огонь по перископу прямо по курсу. Попаданий нет.
У этого немца определенно свои методы. Он не доверяет гидроакустике. Не в силах устоять перед искушением всплыть и посмотреть в перископ. Как он поступит, обнаружив, что нос «Килинга» указывает прямо на него? Скорее всего, круто повернет. Но куда? Поперек курса «Килинга» или машинально назад? И уйдет вниз или останется на перископной глубине? Уйдет вниз, скорее всего.
– Установите большую глубину, мистер Нурс.
– Есть, сэр.
– Локатор докладывает контакт прямо по курсу, дистанция тысяча пятьсот ярдов.
Значит, подлодка идет поперек его курса. Вероятно, повернула влево.
– Право помалу до курса один-восемь-ноль.
– Есть право помалу до курса один-восемь-ноль. На румбе один-восемь-ноль.
– Локатор докладывает контакт прямо по курсу, дистанция тысяча триста ярдов.
Значит, он угадал маневр подлодки. Она круто повернула. Лучше добавить еще десять градусов.
– Право помалу до курса один-девять-ноль. – Затем в рацию: – Контакт идет поперек моего курса, дистанция тысяча триста ярдов. Я поворачиваю вправо.
– Вас понял, сэр.
– На румбе один-девять-ноль.
– Очень хорошо.
– Локатор докладывает контакт на пеленге один-восемь-ноль, дистанция тысяча сто ярдов.
Десять градусов влево? Подозрительно. Впрочем, если бы гидроакустик одновременно доложил о доплеровском эффекте, было бы еще подозрительнее. Ждать. Ждать.
– Локатор докладывает контакт на пеленге один-семь-пять, дистанция тысяча двести ярдов.
Вот оно. Немец поворачивает прочь. Последняя команда была не просто ненужной – Краузе потерял время и увеличил разрыв. Он ощутил досаду на себя, но это чувство сразу прошло. Насколько сильно повернет лодка? Поворачивать за ней или упредить?
– Лево руля. Курс один-семь-пять. – В рацию: – Контакт поворачивает. Я поворачиваю влево.
– Вас понял, сэр.
– Контакт на пеленге один-семь-два, дистанция тысяча двести ярдов.
Ждать. Ждать. Ждать.
