Я опираюсь на нее и позволяю проводить себя в роскошный, но немного мрачный замок, а Мирал поднимает наши сумки. На высоких стенах почти нет картин, зато есть множество факелов. Старинная деревянная мебель не изобилует украшениями, как это принято. Никакого серебра и золота. Никакого блеска драгоценностей. Здесь просторно и почти пусто, но в то же время замок кажется странно уютным. Возможно, это из-за плотных черных штор и темных стен, на которых танцует теплый мерцающий свет факелов. В многочисленных каминах горит огонь. В том числе и в комнате, в которую меня приводит Лиран. Однако это место непохоже на официальную столовую, скорее напоминает кабинет. Или небольшую библиотеку с круглым столом для переговоров и бесед.
– Садитесь. – Он предлагает мне место, а сам подходит к камину, чтобы поправить поленья. В дверях появляется Арк.
– Добрый вечер, – говорит он безо всякого официального приветствия, очень коротко смотрит на меня, а затем переводит взгляд на Лирана.
– Я тебе буду нужен? – спрашивает он. Осанка у него свободная, руки скрещены за спиной.
– Позже, – отмахивается Лиран.
Арк кивает, отступает и закрывает за собой дверь. Это вызывает во мне нехорошее чувство. Я ощущаю себя в полной зависимости, оставаясь наедине с Лираном.
Он встает и на мгновение замирает, будто наблюдая, как танцуют языки пламени, потом раздается стук, и он откашливается.
– Войдите.
Появляется молодая служанка с подносом. Она не делает книксен при виде него, а просто мило улыбается и расставляет тарелки на круглом столе.
– Если вам понадобится что-нибудь еще, дайте мне знать, – говорит она и исчезает. Дверь снова захлопывается.
– Мы ужинаем здесь одни?! – удивленно спрашиваю я. Обычно в замках так не делают.
– Да, одни. Что бы вы хотели выпить? – обращается он ко мне и берет два черных бокала с маленького углового столика, уставленного десятками бутылок.
– Воду, – отвечаю я.
После некоторого колебания он наливает мне воды, себе бренди и садится. Только после этого я тоже усаживаюсь. Он молча ждет какое-то мгновение, берет свои приборы и наконец смотрит на меня.
– Вам что-то не нравится? – спрашивает он, глядя на мои нетронутые столовые приборы.
– Вы действительно сами приготовили это? – отвечаю я вопросом на вопрос, глядя на седло косули и красную капусту. Рядом лежат несколько картофелин. Они не выглядят тщательно очищенными.
– Как нетрудно заметить, я чистил картофель, – говорит он с усмешкой, указывая на него вилкой. – Кассандра драла меня за уши за такое еще в детстве. Но я так и не научился.
– Или вы просто не хотите этому учиться.
Голос у меня звучит холодно, однако он полностью контрастирует с бушующим во мне огнем.
– Потому что мне нравится получать по ушам?
Я пожимаю плечами:
– Это вы сказали, не я.
Он улыбается, а затем кивает мне. Я беру вилку и нож и пытаюсь нарезать картофелину. Его взгляд спускается от моего лица вниз, на руки. Задерживается на левой, которая очень неуклюже держит нож. Я сглатываю от подступающего стыда.
– Вы не умеете есть ножом и вилкой? – спрашивает он почти небрежно, будто не хочет слишком меня смущать.
– А ваши герои учились этому?
Он удивленно поднимает глаза:
– Арк получил такое же образование, что и я.
Я приподнимаю брови:
– Это ваши родители так решили?
Он очень медленно пережевывает кусок мяса, делает глоток, затем откладывает столовые приборы в сторону и отвечает.
– Мой отец, бывший великий князь, умер очень рано. Ка и Ларакаю было два и три года. Нам с Арком шесть и пять.
Он берет салфетку и вытирает рот.
– Моя мать не считала, что ее первенцы – менее ценные дети, и уж тем более она бы не согласилась, чтобы они не усвоили правила поведения. Она была доброй, но строгой.
– Была? – уточняю я, тут же внутренне обругав себя за этот неуместный вопрос.
Взгляд Лирана будто скрылся за какой-то вуалью. Похоже, эта же вуаль похоронила крошечный кусочек доверия, который между нами успел возникнуть.
Тем не менее он мне ответил:
– Она умерла два года назад. Чахотка.
– Простите, пожалуйста, – выдыхаю я, неловко пытаясь отрезать кусок мяса.
Лиран с минуту смотрит, как я это делаю, затем поднимается, обходит стол и встает позади меня. Я чувствую, как он наклоняется ко мне. Ощущаю запах, напоминающий ночь и темноту. И вдруг ощущаю прикосновение его груди к своей спине. Он проводит руками по моим плечам, спускается вниз, и его изящные пальцы забирают у меня вилку и нож.
– Вы правша, Навиен, – хрипло говорит он. – Даже если вы одинаково хорошо умеете сражаться обеими руками, все равно ваша основная рука – правая. Ею и режьте.
Он возвращает мне в руки столовые приборы, поменяв их местами.
Я разглядываю кольцо на его пальце, чтобы отвлечься и не думать о том, как на меня действует его близость. Как во мне сильнее, чем когда-либо прежде, разгорается какой-то огонь. Я чувствую угрозу и в то же время безопасность. И есть еще кое-что. Тянущее чувство в животе, которого я раньше не ощущала и не могу определить, что оно значит.
– Прежде чем мисс Мирал устроит вам экзамен, мы должны научиться некоторым манерам за столом.
