- В тот день я вернулся домой часов в одиннадцать, Рита меня ждала. Спросила, как все прошло. Я что-то промямлил и ушел к себе - последние годы мы спали в разных комнатах, я часто работал ночами, да и секса между нами не было уже много-много лет. После этого пару месяцев я ходил как в воду опущенный. Жена несколько раз пыталась вызвать меня на разговор, я отмалчивался. А Рита однажды говорит: "Ты все ещё её любишь..." Я зачем-то изобразил непонимание: "Ты о чем?" А она грустно: "Ты ведь и сам знаешь. Зачем же притворяешься?.." А я просто-напросто сбежал. На душе и так было тошно, не хотелось выяснять отношения с женой. Ушел из дома, всю ночь бродил по улицам, на следующий день напросился к приятелю, несколько месяцев жил у него. Потом познакомился с Алисой...
Алле стало страшно. Если дознавателям все это станет известно, - а они непременно найдут и приятеля, у которого Сергей жил, и Алису, - то, как минимум, на него навесят обвинение в доведении жены до самоубийства.
"Надо бы посоветоваться с адвокатессой, есть ли в ситуации состав, подумала она. - Сережа ведь не нарочно довел Риту до самоубийства. Немало мужей уходят от жен, а те потом пытаются покончить с собой... - И тут же отметила: - В том-то и дело, что лишь пытаются. А Риты уже нет в живых..."
- Сержик, не терзайся. Пойми, твоей вины в случившемся нет, по крайней мере, моральной. Насчет юридической оценки - не знаю, но с нравственной точки зрения ты ни в чем не виноват. Я понимаю, мои слова - всего лишь слова. Но ведь и твою собственную историю тоже можно расценить как драматическую. И в этом виновата я. Получается, что именно я - косвенная виновница Ритиной смерти.
...Имиджмейкеры ещё немного подкорректировали биографию будущей звезды, и Валентина Вениаминовна Бобкова стала Изабеллой Астраловой, далекой от прозы жизни, а потому незамужней, а для ещё большей оригинальности - убежденной девственницей.
Идея о вечной девственнице очень понравилась начинающей писательнице, и она даже подумывала, не взять ли псевдоним "Весталка34". Оказалось, будущая знаменитость обсуждала тему девственности с кем-то из знакомых, и в беседе прозвучало слово, которое ей очень понравилось - необычно и не очень понятно. По крайней мере, до того мадам Бобкова не имела понятия, кто такая весталка, и решила, что этого не знают и другие. Звучит интригующе значит, то, что надо.
- Как вы себе это представляете? - спросил Владимир Максимович, у которого уже голова шла кругом от закидонов заказчицы. Правда, платила та исправно, и только это позволяло ему сдерживаться в её присутствии. Но зато уж за глаза он костерил её от души! Если б мадам Бобковой икалось каждый раз, когда рекламщик поминал её недобрым словом, она икала бы почти не переставая.
- Очень просто, - не моргнув глазом, заявила та. - На обложке моих книг будет стоять "Весталка Изабелла Астралова".
Мысленно приказывая себе: "Спокойствие, только спокойствие", рекламщик переглянулся с литагентом, призывая того на помощь.
Прагматичный Яков Борисович спустил размечтавшуюся дамочку на землю, тактично намекнув, что это явный перебор. Как-никак ей уже тридцать восемь. Багаж прошлого в виде троих мужей от будущих фанатов ещё можно скрыть, но возраст вряд ли. Прямо он об этом не сказал, не упомянул и о том, что любой человек с первого взгляда увидит, что на мадам пробы негде ставить - куда уж именоваться весталкой! Зная скандальный характер работодательницы, он облек все в приемлемую для неё словесную форму, подбавил ложку лести на бочку неприятных той намеков, в итоге ему удалось не задеть её непомерное самолюбие и отговорить от затеи, в результате которой она стала бы всеобщим посмешищем.
За Валентиной Вениаминовной Бобковой закрепился псевдоним Астралова.
Насчет имени создатели "литературной Галатеи" не стали препираться Изабелла так Изабелла. Дама с таким именем может быть и француженкой, и итальянкой, а если родители с претензиями на оригинальность, - то и русской.
Издательские редакторы принялись переименовывать героиню романов графиню Валентину в Изабеллу, а художники, чертыхаясь, в который уж раз заменяли псевдоним авторессы на обложке будущих книг.
- Сереж, тебя явно что-то гнетет...
- Ты права, но мне не хочется об этом говорить.
- Решать тебе. Но скажи честно, какую цель ты передо мной ставишь? Ведь неспроста ты сегодня, - Алла перевела взгляд на часы - половина четвертого утра, - и поправилась: - то есть, вчера, приехал в мою контору.
- Мне очень хотелось тебя увидеть...
Сергей отвел взгляд, и она пожалела, что спросила. Меньше всего ей хотелось ставить его в такое положение, когда ему придется врать. А всей правды, судя по всему, он сказать не может. И все же Алла решила прояснить хотя бы один вопрос:
- Но ведь ты приехал ко мне вчера, узнав, что твоя жена погибла... Немного подождав и не дождавшись ответа, она спросила: - Когда тебя пригласили на опознание?
Видно было, что ему очень не хочется отвечать, но и соврать не в его характере.
- Позавчера, - выдавил Сергей.
