Алла не стала добивать его возгласами вроде: "Вот видишь! Прибежал, когда почувствовал, что земля под ногами закачалась, а до этого шестнадцать лет молчал и жил без меня, в общем-то, благополучно".
- Почему же не сразу? Ведь Риту нашли три дня назад.
- Я был в командировке, заграницей. Вернулся 28 мая, и меня в тот же день пригласили на опознание.
- Следователь очень давил?
- Давил, - кивнул он.
- Насколько сильны его подозрения?
- Мне трудно судить.
- Следак выдвигал какие-то версии? Ментовские большие спецы строить версии на пустом месте.
- Он, в основном, расспрашивал, какие у нас были отношения.
- А ты?
- Сказал, что хорошие.
- А если дознаватель копнет поглубже?
- Ему не у кого выяснить правду. Мы почти ни с кем не общались. Я жил сам по себе, Рита - сама по себе. Я много ездил по стране, потом по миру, а она оставалась в Москве. Отдыхали тоже врозь.
- Это говорит о многом.
- Немало супружеских пар отдыхают раздельно и живут формальным браком.
- Вот именно - формальным. - Она подчеркнула последнее слово.
- Но из-за этого не убивают.
- Да, с точки зрения нормального человека. А когда у следственных органов нет других подозреваемых, любой негатив в семье они готовы признать за мотив.
- Проще ж развестись. Об этом я и сказал следователю.
- А он придумает ещё что-нибудь, например, ты не хотел делить квартиру.
- На мой взгляд, это абсурд.
- На мой - тоже. Но не для органов. Какая у вас квартира?
- Обычная. Двухкомнатная, сорок метров.
- Чья?
- Раньше мы там жили с мамой. Когда я женился, мы с Ритой поселились в моей комнате. Потом мама умерла.
- Следовательно, можно приплести такой мотив: ты не хотел делить с женой квартиру, заработанную твоей матерью.
- Дикость!
- Это с точки зрения человека нашего круга и образа мышления. Ментовские же знают, что убивают и ради меньшей выгоды, чем двухкомнатная квартира. Представь, что вы бы развелись. После размена Рита получила бы однокомнатную квартиру, а ты - комнату в коммуналке. Любой порядочный мужик поступил бы именно так - отдал бывшей жене лучшее, себе оставил поменьше. К тому же, ты зарабатываешь несоизмеримо больше нее, можешь потом с доплатой приобрести отдельную квартиру. А вот теперь представь кривую логику следователя. С его позиций, ты, преуспевающий журналист, к тому же, родившийся в этой квартире и считающий её своей собственностью, вдруг оказываешься в коммуналке.
- Алла, неужели ты думаешь...
- Нет, Сержик, я так не думаю, - мягко сказала она. - Я всего лишь обозначила ход мыслей дознавателя. Не сомневаюсь, что он будет муссировать эту версию за неимением других.
Сергей отвернулся. Разговор ему был неприятен.
- Не сердись. - Она развернула его к себе и посмотрела в глаза. - Я же говорю не для того, чтобы сделать тебе больно. Ты должен быть готов к тому, что нервы тебе потреплют изрядно, будут провоцировать идиотскими предположениями и оскорбительными намеками. Тебя будет трясти от возмущения и бессильного гнева, а следаку только этого и надо - ты потеряешь контроль над собой, а он ухватится за любое слово, сказанное тобой в аффекте, и начнет ещё больше давить. Провокация - типичная тактика дознавателей, когда у них нет доказательств.
- Я понимаю...
- А что - у Риты не было своего жилья?
- Нет, она сирота, родители погибли, когда ей было девять лет. Рита часто рассказывала о своем тяжелом детстве. Ее отец был летчиком-испытателем, разбился во время испытаний новой модели самолета, после его смерти Рите выплачивали большую пенсию. Видимо, тетка польстилась на эти деньги. Все её детство прошло с ощущением, что она - обуза. Тетка не уставала повторять, мол, за что ей такой крест, муж бросил, двое своих детей, да ещё и племянница.
- Да уж, досталось Ритуле...
- Тетку она ненавидела, даже не пошла на похороны, когда двоюродные сестры сообщили, что та умерла.
- А её мать?
- Покончила с собой в тот же день, когда разбился Ритин отец.
- Человек, переживший драматические события и трудное детство, имеет право, чтобы к нему относились не так, как к другим.
- Потому я не мог бросить Риту... Это же предательство. Как я мог ударить её по самому больному? Она поверила мне, привязалась всей душой, и вдруг бы я сказал: "Все, ты мне больше не нужна"... Даже бродячую собаку, которую ты обогрел, нельзя выгнать на улицу только потому, что она тебе надоела. А уж человека, тем более, слабую женщину, - и подавно. Поэтому меня возмутили бестактные вопросы следователя и его грязные намеки.
"Если бы ты только знал, мой дорогой, что тебе предстоит", - печально подумала Алла и решила, что костьми ляжет, но как можно скорее вытащит его из этой передряги. Риту жалко, ужасно жалко, но ведь ей уже не поможешь... А Сергей не заслужил, чтобы его мордовали на допросах ни за что ни про что.
- Сереж, а может быть, Рита все же покончила с собой?
- Не знаю...
- Мне кажется, что человек, переживший в детстве такую тяжелую драму, более склонен к самоубийству, чем другие.
- Ты хочешь сказать, что я невольный виновник её смерти?
В его глазах она увидела такую боль, что не выдержала и отвернулась.
