Верная боевая подруга с сомнением покачала головой - не верилось ей, что Рита Незнамова и в самом деле была такой. Да и в отношении мнения Зои у неё были определенные сомнения - известно, что ни одна женщина не скажет про другую ничего хорошего, обязательно найдет, чем уесть. Тем более, в такой ситуации - в Сергея Мартова были влюблены очень многие девушки, Зоя и её сокурсницы наверняка были в их числе, а достался он серой мышке Рите, вот они и злобились, прохаживаясь по её адресу. Слова "подлюка", "дрянь" и прочие - всего лишь ярлыки. При соответствующем негативном настрое нелицеприятными словами можно обозвать любую, а уж удачливую соперницу тем более. Если бы Зоя привела конкретные факты, подтверждающие её слова, тогда ещё куда ни шло. Да и к фактам нужно относиться критически, делая скидку на Зоину предвзятость.
- Ладно, ребята, - завершила она предварительный обмен мнениями. Ясно одно - пока ничего не ясно.
Алле не хотелось звонить Сергею при сокурсниках и частных сыщиках вряд ли удастся выдержать деловой тон, да и не смогла бы она говорить с ним деловым тоном .
Выйдя из офиса "Самаритянина", она удивилась, не увидев "вольво" верного оруженосца. Решив, что тот припарковал машину возле входа в "Приму" - он с другой стороны здания, - Алла заглянула в записную книжку и набрала номер мобильника Сергея. Тот ответил сразу.
- Серж, это я. Ты сейчас можешь говорить?
- Могу. Я уже соскучился.
- Я тоже. Когда ты освободишься?
- Как только пожелаешь.
- Тогда я уже пожелала.
- Где встретимся?
- Есть предложение съездить в мой загородный дом.
Секундная заминка. Видимо, Сергей понял, что сегодня она уже не может пригласить его к себе домой. Но, видимо, надежда на скорую встречу и перспектива провести с ней ещё одну ночь перевесила:
- Отлично!
- Тогда говори адрес того места, где сейчас находишься, мой верный оруженосец меня туда довезет, потом я пересяду к тебе, а завтра ты привезешь меня в Москву.
- Пиши. - Он продиктовал ей адрес редакции. - Жду с нетерпением.
- Еду к тебе с не меньшим нетерпением, - ответила она.
Убрав мобильник в сумочку, Алла завернула за угол, и увидела, как в арку въезжает знакомый черный "вольво".
- Ты где был? - удивилась она.
Толику не хотелось признаваться, что все ночи и каждую свободную минуту он дежурит возле дома Филиппа.
- Обедал, - соврал он.
...Для встреч с журналистами экс-мадам Бобкова, а ныне убежденная девственница Изабелла Астралова, в шестой раз осчастливившая мир своим присутствием, надевала соответствующий её новому облику наряд.
Над её туалетами и антуражем комнаты для приемов трудились хорошие модельеры и дизайнеры, но она имела собственные взгляды, как "сделать красиво", и замучила их капризами.
Имиджмейкер и прочая высокооплачиваемая обслуга за глаза потешалась над её дилетантскими советами, а дизайнер возводил очи горе и с чувством произносил: "Sus docet Minervam!35"
В итоге получилось то, что получилось: писательница была облачена в длинную многослойную, неопределенного цвета хламиду в стиле "свингер", спускавшуюся от шеи к щиколоткам многочисленными волнами и полностью скрывавшую её лишенное соблазнительных выпуклостей тело, на голове у неё красовалось нечто немыслимое, ею самой придуманное, помесь тюрбана со шлемом, а лицо было прикрыто полупрозрачным лоскутом причудливой формы и почти невидимо.
Встречая гостя, хозяйка томно возлежала на низкой оттоманке в позе герцогини Альбы36, рядом дымилось нечто вроде кальяна, - по её задумке, это курился фимиам, - говорила она мало, глуховатым "потусторонним" голосом, время от времени роняла непонятные фразы, которые мог связать воедино и придать им какой-то смысл лишь её толмач, он же по совместительству литагент.
В общем, писательница-"девственница" Изабелла Астралова в созданном коллективным разумом имидже очень себе нравилась.
Журналисты регулярно навещали будущую звезду пера в её обители, каждый раз унося три-пять зеленых купюр, а в периодической печати появлялись все новые и новые статьи, живописующие её непохожесть на других людей. Газетно-журнальный материал иллюстрировали красочные фото всех уголков жилища "оригиналки", но самой писательницы на снимках не было, что интриговало читателей.
- Я бесплотный дух, вы видите лишь бренную оболочку, но это обман зрения, - вдохновенно врала новоиспеченная мадам Астралова, а интервьюеры бойко строчили в блокнотах - записывать свои откровения на диктофон она категорически запрещала, ведь голос "бесплотного духа" не может быть прозаически воспроизведен техникой.
Идею не показываться публике, не публиковать фотографии в периодике и на обложках книг подал её личный имиджмейкер Даниил Фаргин. Сама будущая знаменитость была отнюдь не прочь полюбоваться на растиражированное красочное изображение собственной персоны и даже намеревалась напечатать плакаты на манер концертных афиш поп-звезд, но Даниил её отговорил, аргументировав так:
- Чем больше загадочности, тем лучше для вашего имиджа. Пусть читатели сами домыслят ваш образ.
