Едва расставшись с Можейко, я тут же развила бурную деятельность. Раз уж мне развязали руки, глупо было бы этим не воспользоваться. Заскочив домой, я в спешке переоделась, схватила ключи от машины и понеслась на стоянку. Ехать, естественно, намеревалась к Дарье. Даша была моей самой близкой подругой и неоценимым помощником. Она работала в очень солидном научно-исследовательском институте, созданном еще в стабильные советские времена. Первоначально он задумывался как учреждение, занимающееся исключительно научным изучением произведений искусства, но постепенно поле его деятельности расширилось. К помощи физических и химических лабораторий института стали прибегать реставрационные мастерские музеев, у которых постоянно возникает нужда провести то микроанализ красочных пигментов для установления подлинности картины, то рентгеноскопию полотна, «подозреваемого» в более позднем дописывании. Занимаясь оказанием технической помощи музеям, институт постепенно оброс собственными мастерскими и превратился в научно-реставрационный комплекс, в котором можно и пришедшее в плачевное состояние произведение искусства восстановить, и любое исследование провести. Заведующей одной из таких лабораторией и являлась Дарья. В тех случаях, когда мне в руки попадало произведение искусства, подлинность происхождения которого вызывала сомнение, я обращалась к ней за помощью. Даша проводила необходимые исследования и выносила вердикт, которому я верила безоговорочно. Дарья была специалистом высокого класса.
Подругу мое появление не взволновало. С головой уйдя в изучение разложенного на столе куска ткани, ни на что другое реагировать она была просто не способна.
— Садись, скоро закончу. — Не поднимая глаз, Дарья махнула рукой в сторону ближайшего стула.
Я покорно опустилась на краешек, но усидеть не смогла. Распиравшее меня нетерпение не давало покоя, и в следующее мгновение я снова вскочила на ноги. Сделав круг по комнате, пристроилась за спиной подруги и заглянула ей через плечо.
— Что это у тебя за вышивка?
— Запон, — рассеянно отозвалась Дарья.
— Никогда не слышала.
— Масонский передник. В него облачаются во время церемоний. Служит напоминанием о строительной профессии каменщика.
— Какая ты умная, Даша, — с уважением прошептала я. Дарья усмехнулась:
— Не завидуй. Это все, что я знаю. И только потому, что владелец данного раритета меня просветил. До недавнего времени ни одной масонской вещи в глаза не видела.
— А эта откуда?
— Из частной коллекции. Принесли на реставрацию. Видишь, в каком она состоянии, — озабоченно нахмурилась Дарья.
Вещь и в самом деле выглядела не лучшим образом. Сама ткань была густо покрыта рыжими разводами, шелковые нити вышивки местами растрепались, а местами просто сгнили. У меня создалось впечатление, что ее долго хранили в сыром месте.
— Значит, ты занята и времени на меня у тебя нет, — пригорюнилась я.
— Абсолютно нет, — согласилась Дарья. — Коллекционер торопит, и отказать ему я не могу. Он живые деньги заплатит.
Я подхалимски прижалась щекой к ее полному плечу:
— А может, прервешься ненадолго? У меня дельце совсем крохотное. Много времени не займет.
Дарья оглянулась и одарила меня недовольным взглядом. Я ответила ей умиленным хлопаньем ресниц и несчастной миной.
— Настырная ты, Анька, — сокрушенно вздохнула Даша. — И прилипчивая, спасу нет. Что там у тебя?
— Часы и кольцо.
Я торопливо извлекла из сумки предметы своих тревог и сунула подруге под нос. Та без интереса посмотрела на них и сухо проронила:
— И что?
— Покажи знающему человеку. Пусть скажет, когда были сделаны, — заискивающе попросила я.
Дарья вздохнула:
— Попросить я, конечно, могу. Только ведь откажут. У всех дел полно, и ювелиры — не исключение.
— Тебе не откажут. И потом, о многом я не прошу. Пусть только глянут одним глазком и время назовут. Хоть ориентировочно.
— Деньги давай. Даром делать не станут, — ворчливо приказала Даша.
Я выхватила из кошелька несколько купюр и сунула Даше в карман халата.
— Хватит?
— Нормально. Ладно, попробую. Жди здесь, я скоро вернусь.
— Дашенька, раз уж ты все равно будешь с ними договариваться, так попроси справочку чиркнуть. Малюсенькую, но на бланке и с печатью. Ладно?
— Наглая ты, Анютка, сил нет. Тебе дай палец, так ты и руку отгрызешь, — хмыкнула Дарья и грузно потопала к двери.
