Греховная услада полностью

Мой экс-самец, и самое последнее существо в мире, которое я хотела видеть прямо сейчас.

Он поднялся из кресла и неспешно направился ко мне. Высокий, худощавого телосложения, приковывающий к себе взгляды своей грациозной манерой двигаться и дорогим покроем одежды. Солнечный свет, проникающий через стекло, придавал его серебристым волосам теплый золотистый оттенок, но холод расчетливого взгляда его льдистых глаз ничто не могло согреть.

— Миша, — ответила я, радуясь, что мой голос звучит ровно. — Что ты здесь делаешь?

— Поджидаю тебя. — Между нами оставалось несколько футов, когда он остановился. Вокруг меня заклубился знакомый мускусный аромат, возвращая к жизни воспоминания обо всех тех прекрасных моментах, когда мы были вместе. Воспоминания, которые могли оказаться ложью, как и все остальное на тот период моей жизни.

Я подняла бровь.

— А как ты узнал, что я сегодня здесь появлюсь?

— Легко. Существует не так уж много врачей, специализирующихся на нечеловеческих проблемах с фертильностью. Я лишь взломал полдюжины компьютеров тех врачей, что числятся в Мельбурне, и пересмотрел их файлы, пока не нашел тебя.

Если Мише известно о моих проблемах с зачатием, то он вовлечен в происходящее гораздо серьезней, чем я думала.

— И зачем бы тебе это делать?

— Затем, что мне нужно поговорить с тобой, и затем, что я сомневался в твоем желании встретиться со мной.

Он был прав лишь наполовину. Сама бы я не стала набиваться на свидание, но не отказалась бы с ним переспать, если бы он первым пошел мне навстречу. Миша, или, скорее, сведения, которыми он мог бы меня снабдить, давали мне шанс на возвращение к нормальной жизни.

— Нам не о чем с тобой говорить.

Он тепло улыбнулся, немного сгладив во взгляде расчет.

— А, по-моему, есть.

Я бросила взгляд мимо него, посмотрев время на настенных часах.

— Через десять минут у меня прием. У тебя есть три минуты, чтобы рассказать, зачем ты сюда пришел.

Он поднял бровь и насмешливо взглянул на меня.

— Тогда, я приступлю сразу к сути. Я знаю, что Талон пичкал тебя ARC1-23. И знаю зачем. А так же мне известны результаты.

Я вскинула бровь.

— Я должна тебе поверить, после того, как ты отрицал свою причастность к «Монеиша» и «Геновев»?

— А я и не причастен. Но нам обоим известно, что Талон давал тебе препарат не имеющий отношения ни к одному из тех мест или подтверждающий его связь с лабораториями.

Джек был прав. Этот волк знал намного больше о происходящем, чем любой из нас.

— Он добивался, чтобы я забеременела.

— Как и я.

Я изумленно моргнула.

— Что?

Миша пожал плечами.

— Мы с Талоном в течение долго времени были конкурентами. Мне казалось, что будет довольно любопытно взглянуть, какой у нас с тобой получится ребенок.

За его решением скрывалось нечто большее, чем просто дух соперничества. Я видела это по его глазам.

— Вы оба — безумцы.

— Возможно. Безусловно, я рисковал собственной шкурой.

— Что это значит? — нахмурившись, спросила я.

— Я хочу сказать, что Талон не руководствовался какими-то особыми инструкциями, кроме тех случаев, когда трахал тебя, опоив до бесчувствия, чтобы узнать больше о Джеке. Мне же, наоборот, приказывалось держаться от тебя подальше. — В его глазах промелькнуло веселье, на какую-то долю секунду сделав взгляд теплее. — Мне казалось, что ты стоишь того, чтобы рискнуть.

Ну да, конечно. Я и в правду должна была в это поверить?

— Я ничуточки не польщена. И почему для тебя было рискованно трахать или оплодотворять меня?

— Как я уже сказал, мне было приказано держаться подальше.

— Ну так и кто отдавал эти так называемые приказы?

Он вновь ощерился, блеснув зубами.

— Известно ли тебе, что Талон бесплоден? — спросил он, уклоняясь от моего вопроса.

Я кивнула. В его глазах промелькнуло удивление.

— Интересно… ведь Талон, безусловно, себя таковым не считал.

— Талон считал себя идеальным образчиком, — язвительно ответила я, и Миша впервые искренне улыбнулся.

— Он никогда не замечал своих недостатков.

— А ты?

Миша пожал плечами.

— В том, чтобы знать свои недостатки, есть смысл. Тогда ты сможешь их обойти. — С минуту он изучающе смотрел на меня. При виде того, как его улыбка перестает быть доброй, по моей коже пробежал озноб. — У меня есть к тебе предложение.

— Я не хочу его слышать.

Наглая ложь, но Миша клюнул на нее.

— О, я думаю, тебе захочется его выслушать, после того, как ты встретишься со своим врачом.

Мое сердце забилось где-то в горле, отказываясь возвращаться на свое место. В течение нескольких секунд, я даже не могла дышать.

— Что ты имеешь в виду?

Миша вскинул светлую бровь.

— Мое предложение устроит тебя, Управления, и меня. Большего на данный момент я не готов рассказать. — Он взглянул на свои часы. — Отведенное мне время закончилось. Если в дальнейшем захочешь обсудить этот вопрос, — позвони по этому номеру. — Миша вручил мне визитку. — Единственная линия засекреченной связи, что у меня осталась.

Я взглянула на написанный от руки номер, и прежде чем разорвать визитку на мелкие кусочки, быстро запомнила его.

— Не жди, что я позвоню.