— Они убегут, — уверенно сказал Волк.
— Тогда Тюлень и караульщики будут стрелять в каждого, кто будет подкрадываться к яме. Так приказал Песец. Нет. Пусть Волк сидит…
Внезапно голос Тюленя оборвался. Он закашлялся и свалился в яму. Волк едва успел увернуться от тяжелого тела, но сразу же кинулся к нему, схватил копье, вытащил из-за пояса нож и замер в удивлении: горло Тюленя было пробито длинной боевой стрелой.
«Воины Волка? Лохматые? — мелькали мысли. — Тогда откуда Лохматые могли узнать, что Волка посадили в яму? А если воины Волка? Тогда почему за ними не погнались воины Песца?»
Знакомый голос был ответом.
— Вылезай, — к ногам Волка упал конец ремня.
«Ворон? Но Ворон же погиб! Значит, нет. Но как Ворон узнал, что Волк здесь?»
— Ворон давно следит за караульными, — спокойно, как всегда, сказал Ворон. — Жаль, открытое место: не удалось подползти. Тюлень заметил бы, поднял тревогу, разбудил бы этих двоих. А кто знает, может, и воины Песца где-то близко. Пришлось стрелять.
Волк выкарабкался из ямы. Караульные уже не спали. Они сидели у костра, со страхом глядя на Ворона, а сзади них, с копьями наготове, застыли трое воинов Ворона.
— Прыгайте, — приказал Ворон, показывая на яму.
Молча, осторожно соскользнули караульные на дно ямы и затихли там, прижавшись к стенкам, слившись с темнотой.
— Теперь в лагерь, — сказал Ворон. — Песец разоружил твоих воинов. Пришел в лагерь, подошел к костру. Воины видят — свои, чего бояться? А те напали, отняли оружие, связали… На Леопарде повисло трое. Но он расшвырял их, схватил копье… — Голос Ворона зазвучал глухо. — Тогда Песец ударил Леопарда боевой дубинкой. Попал в висок, и… Теперь между нами кровь.
— И Ворон не помог Леопарду?
Ворона не было там. Ворону рассказала Гагарка. Она собирала ягоды и видела все. Других девушек охраняют, а Гагарки не было в лагере, ее не заметили. Она побежала искать Волка и встретила Ворона.
— И много воинов с Вороном? Как Ворону удалось уйти от Собак? — спросил Волк.
— Собаки долго гоняли Ворона по горам. Стреляли. Стреляли и Птицы. Возвращались на свой след, как делают клыкастые, и устраивали засады. Собаки убили троих Птиц, но своих потеряли больше. Собаки стали осторожнее и шли медленнее, чем раньше. Ворон уже думал, что оторвался от них… Но тут Собаки загнали Ворона в котловину. Со всех сторон были гладкие стены, а сзади уже подходили Собаки. Только одна стена немножко наклонилась, как дерево под ветром. И была она не такая гладкая, как остальные. Если прыгать с уступа на уступ, цепляться за камни, можно было пройти к перевалу. И Птицы пошли… А Ворон и еще двое остались, не подпускали Собак близко, и их стрелы не долетали до бегущих. И все-таки двое сорвались. И вот когда пошли остальные, Собаки подошли поближе, сшибли стрелами одного и ранили Ворона. Ворон упал бы тоже, но Баран удержал его.
— Горный Баран хорошо лазает по скалам, — кивнул Волк, — лучше всех в племени.
— Собаки поняли, что пленниц с Вороном нет, — тихо сказал Ворон, — они же видели нас всех над обрывом. Собаки не захотели терять воинов и ушли. А Ворон догнал своих и пришел сюда.
— А где остальные воины Ворона?
— Ворон послал их к лагерю. Они следят и ждут Ворона.
— Возьмите нас с собой, — послышалось из ямы.
— Но вы же пришли с Песцом! Вы помогали Песцу! — удивился Волк.
— Все равно. Шаман не простит нас. И Песец не простит. Старейшины отправят нас помогать женщинам. Не разрешат охотиться. Мы тоже хотим в новую страну.
— Возьмем? — спросил Волк.
— Ладно. Воины присмотрят за ними, — ответил Ворон, опуская ремень в яму.
Никто не спал в лагере Волка. Понурясь, сидели у костров девушки, а возле каждого костра дремал воин Песца. Трое воинов сидели у шалаша. «Там пленные», — понял Волк. Песца не было в лагере. Не увидел Волк и Чайки с Конюгой. Он отполз подальше от лагеря, поманив за собой Ворона.
— Не надо лишней крови, — шепотом попросил Волк. — Окружим лагерь со всех сторон и выйдем с луками наготове.
— Пусть каждый воин возьмет на прицел кого-нибудь из воинов Песца, — кивнул Ворон. — Пусть стреляют в каждого, кто схватится за оружие.
Они появились внезапно в освещенном кострами круге и застыли в молчании, натянув луки. Только Ворон и Волк подошли к кострам. Переходя от одного к другому, они отбирали оружие и заставляли воинов Песца лечь лицом вниз. Только брат Рыси схватился за нож и тут же упал, пронзенный тремя стрелами. Остальные не сопротивлялись.
Волк разрезал ремни, связывавшие пленных, и они, разобрав оружие, тут же присоединились к воинам Ворона. Молчали девушки, молчали пленные, молчали воины Ворона, подошедшие теперь к кострам.
— А где Чайка? — спросил Волк у Казарки.
— Чайка ушла с Песцом, — ответила, опустив глаза, Казарка. — И Конюга. Конюга не захотела бросить Чайку одну. Песец сказал, что…
— Знаю, — оборвал ее Волк, поворачиваясь, чтобы уйти.
— Погоди, — остановил его Ворон. — Песец не пойдет ночью. Заночует где-то поблизости. Можно увидеть их костер. Много воинов с Песцом? — спросил он у Казарки, не сводящей с него радостных глаз.
