– Здесь они смогут жить в безопасности.
– Ага, пока не выйдут за ворота.
– А зачем им туда выходить?
– Ах, вон оно как. Собираешься держать их в своем поместье под замком вечно?
– Нет, конечно, – возмутилась Сибил.
– А я услышал обратное.
– Ну и где же ты предлагаешь им поставить святилище?
– Пока не знаю.
– Вот именно.
– Они решат это сами.
– Мы обещали им помочь, не забыл?
– И поможем. В первую очередь тем, что дадим выбор, дадим посмотреть на мир и решить, где им будет житься лучше. Пускай отправятся с нами в Меркату.
– Ты с ума сошел?
– Для них это будет прекрасный опыт. Пусть увидят разницу между городами людей, как и между самими людьми.
– Признайся, Кит, ты просто хочешь использовать их и дальше для достижения своих целей.
– И я не вижу в этом ничего плохого. Они хотят быть с нами, ты еще не поняла? Хотят быть частью нашей жизни, а не ютиться где-то в углу твоего поместья, которое ты посещаешь, в лучшем случае, раз в гексал. Они хотят быть с нами, и мы знали это с самого начала. Мы с тобой приняли эти правила игры, когда взяли их с собой сюда. Теперь тебе от них так просто не избавиться.
– Я и не собиралась от них избавляться. Просто хотела оградить от опасности. А ты тащишь за собой в пламя, даже не спросив, хотят ли они этого.
– Ты права, – согласился вдруг Кит, чем поразил и лишил аргументов Сибил. – Давай же спросим у них самих вместо того, чтобы спорить.
Кит и Сибил разом перевели свои взгляды на Бартоломео и остальных гремлинов, которые, пока люди ссорились, кажется, усердно старались притвориться мебелью, в надежде, что их не заметят. Не вышло. Заметили. И это отразилось в их глазах ужасом.
– Что скажете, друзья? – спросил Кит. – Останетесь здесь, как предложила Сибил? Или отправитесь дальше с нами, и, возможно, отыщите другое место для святилища?
– Это может быть очень опасно, – добавила Сибил. – Здесь же вам ничто не будет угрожать, я обещаю.
Бартоломео шумно сглотнул. Он медленно перевел взгляд с Кита на Сибил, потом обратно, и на его лице отпечаталось отчаяние, пришедшее вслед за осознанием, что именно ему предстоит держать ответ.
– Спасибо тебе за предложение… подруга Сибил, – начал Бартоломео. – Но… мы бы… хотели… пойти с вами… в тот… другой город.
Нелегко дались маленькому гремлину эти слова. Он не хотел никого обежать, боялся оскорбить, но должен был в итоге принять какое-то решение. И как подобает самому настоящему лидеру и вождю, Бартоломео, скрепя сердцем, принял его.
– Ну что же, отлично, – сказала Сибил и, не глядя на Кита, поднялась из-за стола. – Соберу вещи, и буду готова через час.
– Постараюсь чем-нибудь себя занять в твое отсутствие, чтобы не умереть от тоски, – ухмыльнулся Кит, даже не пытаясь скрыть своего ликования.
– Займи себя лучше своим внешним видом, – огрызнулась Сибил.
– А что не так с моим внешним видом? – он оглядел свою помятую рубашку и брюки.
– Ты выглядишь так, словно был кем-то знатно пожеван.
– Действительно? А я и не заметил.
– Что же, если тебя это устраивает…
– А тебя, как я понимаю, нет?
– Мне безразлично, как ты выглядишь, Кит.
– Хорошо, а то я было уже подумал, что ты стыдишься выходить со мной в свет.
– Стыдилась бы, будь это любой другой город мира. Но так как мы едем в Меркату… – Сибил пожала плечами и цокнула языком. – Думаю, там ты отлично впишешься в местный колорит.
– Еще бы. Может и тебе стоит взять с меня пример?
– Обязательно, Кит, – Сибил направилась к двери. – Пойду, подыщу себе какой-нибудь нищебродский костюмчик, а перед выходом обязательно покатаюсь в нем по полу.
Сибил покинула комнату с гордо поднятой головой, как всегда в сопровождении Винсента, а все остальные гремлины уставились на Кита.
– Чего смотрите?
Они быстро отвернулись.
– Да знаю я, знаю. Не клеится у нас как-то общение.
Кит вздохнул и встал из-за стола.
– Пойдемте, поглядим лучше на местный музей, раз у нас появилась свободная минутка.
Музей оказался, и правда, достоин того, чтобы на него поглядеть. Несмотря на свои малые размеры, он был наполнен вещицами, куда более ценными и редкими, чем выставленные в большинстве музеев Конгломерата, уж Кит-то в этом толк знал. Час пролетел незаметно, пока он переходил от экспоната к экспонату, рассказывая внимающим ему гремлинам историю этих вещей, с чем справлялся получше многих экскурсоводов и лекторов-историков Университета. Он любил свое дело, он знал свое дело и готов был говорить о нем часами. Потому, когда Сибил вошла в комнату, Кит и гремлины ее даже не заметили. Она подумала было прервать его, сказать, что готова, но заслушалась рассказом о покрытом рунами, старинном мече, выкованном еще в первом веке. И вроде бы Сибил знала историю каждого предмета в этой комнате, но такие подробности о жизни героев-обладателей меча, из рук в руки которых он переходил с течением времени, кочуя по всему Старшему Материку, не были известны даже ей.
