– Несколько дней назад я получила письмо от одного джентльмена, бывшего коллеги моего отца. Он тоже знаток древних языков и занимался изучением языка Ванзагары.
– Что же было в этом письме?
Она подалась вперед.
– В своем письме он сообщает мне, что видел тень Ренвика Девериджа в своей библиотеке. Он счел своим долгом поставить меня в известность.
– Проклятие!
Она вздохнула.
– Конечно, все это выглядит довольно нелепо, сэр, но вы должны отнестись к моему рассказу очень серьезно, иначе мне не будет от вас никакого толку.
– Кто этот ученый, который утверждает, что видел привидение?
«Еще один трудный вопрос», – мысленно отметила Мэделин.
– Лорд Линслейд.
– Линслейд? – Артемис ошеломленно уставился на нее. – Все знают, что он чокнутый. Ему уже много лет являются призраки умерших. Как я слышал, он регулярно разговаривает с тенью своей покойной жены.
– Я знаю. – Она перестала ходить и опустилась в ближайшее кресло. – Признаюсь, это письмо меня испугало, но я ему не поверила, до тех пор пока…
– Пока что?
– Пока четыре дня назад не получила еще одно письмо, на этот раз от мистера Питни.
Артемис внимательно посмотрел на нее:
– Итона Питни?
– Вы его знаете?
– Мы встречались пару раз, это было несколько лет назад. Он тоже знаток древних языков.
– Совершенно верно.
– Насколько я знаю, в последние годы Питни стал таким же чудаковатым, как и Линслейд.
– Да, – она откинулась на спинку кресла и взглянула на Артемиса, – он действительно со странностями, даже по меркам членов Ванзагарского общества. Вот уже много лет ему являются призраки, которых он называет «чужаками». В прошлом году он уволил всю домашнюю прислугу, пытаясь избавиться от «чужаков», которые могли среди них затесаться.
– И что же Питни? Он тоже пишет, что видел призрак Девериджа? – сухо бросил Артемнс.
– Нет, мистер Хант. – Она барабанила пальцами по подлокотнику кресла, чтобы справиться с нарастающим раздражением. – В своем письме он не упоминает призраков.
Его лицо чуть смягчилось, но взгляд остался холодным и настороженным.
– Что именно он пишет?
– Я вам сейчас покажу.
Мэделин встала, сняла с шеи ключ и подошла к тому самому шкафу, в котором хранила досье на членов Ванзагарского общества. Открыв дверцу, она достала одно из писем, лежавших на полке, и молча протянула Артемису маленький мятый листок.
Он взял у нее письмо и прочел вслух:
Артемис сложил письмо. Вид у него был задумчивый. Мэделин сочла это за хороший знак.
– Боюсь, больше мне нечего вам сказать, – осторожно проговорила она. – Сообщение о призраке от человека, который известен своими регулярными галлюцинациями, и предостережение о бесплотном существе, которое пыталось пробраться в библиотеку человека, вот уже много лет одержимого странными идеями. Тем не менее я не могу оставить письма Линслейда и Пит-ни без внимания.
– Вам не надо больше ничего мне объяснять, Мэделин, – спокойно сказал Артемис. – Теперь я понимаю, что вас встревожило.
Она почувствовала облегчение.
– Значит, вы видите связь между этими двумя сообщениями, сэр?
– Конечно. Каждое из этих писем, если взять его в отдельности, можно со спокойной совестью выбросить в мусорную корзину как бред безумца, но вместе они уже составляют систему.
– Вот именно.
