Он взглянул на Мэделин. Если уж говорить о смелости и энергии, то вот кому их не занимать. Злоключения в лабиринте и в туннеле, как видно, ничуть не сказались на этой женщине. Артемис почувствовал прилив восхищения и гордости.
После их возвращения она помылась и переоделась в бледно-серое муслиновое платье. Ее волосы были вновь тщательно разделены на прямой пробор и подобраны по бокам в изящные валики. Лицо обрамляли тонкие локоны-колечки. Если бы не ее озабоченный вид, можно было бы подумать, что сегодня днем она не делала ничего утомительного, разве что заходила в гости к старой приятельнице.
Сколько же ей пришлось пережить за последний год, если она так легко вынесла сегодняшнее испытание?!
Потайной лаз в полу привел их в древний туннель из крошащегося камня, закончившийся на каком-то заброшенном складе. Грязные, с раненым Питни на руках, они с трудом поймали наемный экипаж и в конце концов добрались до дома.
Недослушав их сбивчивые объяснения, Бернис занялась потерпевшим. В ее руках Питни наконец очнулся. Он понял, где находится, и сразу же узнал Бернис.
– Вы можете рассказать нам, что произошло? – спросил Артемис.
– К сожалению, я уже не такой проворный, как раньше, – посетовал Питни. – «Чужак» застал меня врасплох. Прежде такое ни за что не случилось бы.
Мэделин тихо вздохнула, и Артемис ее понимал. Расспрашивать Питни будет нелегко. Этот человек валит всю вину на призрачных существ, которых сам же и придумал.
Мэделин посмотрела на Питни.
– Вы знаете, кто этот… «чужак», который стрелял в вас, сэр? – спросила она.
– Нет. У него на лице был галстук, повязанный на манер маски, а на глаза была надвинута шляпа.
– Вы можете хоть что-нибудь нам о нем рассказать? – настаивала Мэделин. – Чтобы мы его остерегались?
Питни сдвинул брови.
– Он двигался как человек в расцвете лет, который не страдает ни ревматизмом, ни отложением солей в суставах. В руке у него была прогулочная трость с золотым набалдашником.
Артемис видел, как Мэделин вцепилась в стойку кровати.
– Прогулочная трость? – осторожно переспросила она.
– Ну да. Помню, я еще подумал, что это довольно странно. Человек, обученный тактике ванза, в подобных обстоятельствах не стал бы брать с собой такую приметную вещь. – Питни помолчал. – Но с другой стороны, ему надо было зайти в дом с улицы, и он наверняка хотел замаскироваться. Я думаю, тросточка подходила к остальному его костюму. И все же это показалось мне очень необычным.
Мэделин переглянулась с Артемисом и вновь обратилась к Питни:
– Вы можете еще что-нибудь о нем сказать, сэр?
– Вряд ли. Его голоса я не узнал, а у меня хорошая память на голоса. Как я уже сказал, это был «чужак».
Артемис шагнул к кровати:
– Он что, говорил с вами? Что именно он сказал?
Услышав столь резкий тон вопросов, Питни в страхе округлил глаза. Мэделин нахмурилась и осуждающе взглянула на Артемиса, чуть заметно покачав головой, и вновь обернулась к Итону с успокаивающей улыбкой.
– Мистер Хант горит желанием установить личность этого конкретного «чужака», сэр. Трудно сказать, что он мог сделать с нами со всеми, если бы ему удалось усыпить нас своим благовонием. В его поисках нам пригодится любой самый маленький штрих.
Питни понимающе кивнул.
– Наверное, я не смогу точно передать его слова. Помню, он сказал что-то насчет того, будто я привел его к своим секретам, а еще требовал ключ от моего письменного стола. В общем, нес всякий вздор. Естественно, я сразу понял, за чем он охотится.
– За чем же? – спросил Артемис.
– За моими записями, разумеется! – Питни подозрительно покосился на дверь, как будто боялся, что их могут подслушать из коридора. – Я работал над ними много лет и уже подобрался к разгадке тайн. И «чужакам» это известно!
– Какие тайны вы имеете в виду? – Артемис взглянул на Мэделин. – Случайно, не про ванзагарскую «Книгу секретов», которая, по слухам, в прошлом году была украдена из «Гарден-Темплс», вы говорите?
– Нет, нет и нет! – Питни сдвинул брови с видом крайнего отвращения. – «Книга секретов» – это не что иное, как собрание древних алхимических рецептов. Совершеннейшая чушь. Мои же исследования направлены в самое сердце философии ванза. Я пытаюсь разгадать великие научные тайны, которые были открыты древними, а потом утрачены на века.
Артемис чуть не застонал. Нет, с этим человеком бесполезно разговаривать!
Питни посмотрел на Мэделин.
– Сожалею о вашем неудачном замужестве, моя милочка. Должен признаться, я с большим облегчением узнал, что Деверидж погиб во время пожара. Это было блестящее решение весьма неприятной проблемы.
Артемис нахмурился.
– Вы знали Ренвика Девериджа? – спросил он.
– Никогда с ним не встречался, но незадолго до его смерти до меня стали Доходить кое-какие слухи. – Старик дважды кивнул головой. – Я не сомневаюсь, что этот человек был из «чужаков». Они умеют хорошо маскироваться, скажу я вам.
Усилием воли Артемис смирил свое нетерпение:
– И какие же слухи до вас доходили, сэр?
Питни взглянул на Мэделин:
