Меня нельзя назвать хорошим человеком, и я никогда не изображал из себя такого. Я не верю ни в доброту, ни в Бога, ни в истории со счастливым концом, которые не оплачены заранее. На самом деле для меня существует своя личная святая троица: во имя денег, секса и виски восемнадцатилетней выдержки, аминь.Поэтому когда обворожительная, прекрасная Зенни Айверсон просит меня познакомить ее с сексом, конечно же, я хочу согласиться. К сожалению, существует несколько причин, по которым мне стоит сказать «нет». Даже такой безнравственный человек, как я, не может их игнорировать.Первая: она младшая сестра моего лучшего друга.Вторая: она молода для меня. Скажем так, слишком молода.Третья: она – монахиня, вернее, собирается ею стать.Но я хочу ее. Хочу, несмотря на то, что между нами стоят ее брат и Бог, хочу учить ее, прикасаться к ней, любить ее, и я понимаю, что эти желания превращают меня в худшего из людей.Они превращают меня в грешника.
Sierra Simone
Sinner
Copyright © 2018 Sierra Simone
© Елена Ковалева, перевод на русский язык
© ООО «Издательство АСТ», 2024
Имея в своем распоряжении правильную ручку, человек может править миром.
Вы угощаете их хорошим обедом и вкусным вином, улыбаетесь им и подсовываете подарочки, осыпаете комплиментами, поете хвалебные оды и прикидываетесь закадычными друзьями. Вы играете с ними в гольф или смотрите балет, сравниваете костюмы по четыре тысячи долларов или часы по десять тысяч, а затем, как бы невзначай, с помощью холодных фактов давите на самые уязвимые места и, используя рукопожатие за рукопожатием, создаете новые блистательные перспективы.
И когда они попадают в расставленные вами сети, оказавшись в своего рода точке невозврата, когда оглядываются назад и видят, что у них остался последний шанс на отступление, – вот тогда вы протягиваете им ручку.
И вот они берут эту объемную, увесистую и приятную на ощупь ручку, снимают колпачок и видят золотое перо с гравировкой, на кончике которого застыло обещание денег и власти. И когда они прижимают перо к бумаге, оставляя за собой четкий темный след, чем-то напоминающий чернильную кровь, вот тогда дело сделано.
Именно тогда вы становитесь правителем мира.
Меня нельзя назвать хорошим человеком, и я никогда не изображал из себя такого. Я не верю ни в доброту, ни в Бога, ни в истории со счастливым концом, которые не оплачены заранее.
Во что я верю? В деньги. Секс. Виски «Макаллан» восемнадцатилетней выдержки.
Таких, как я, называют плейбоями. Сердцеедами. Бабниками.
Мой брат раньше был священником, и у него для меня есть лишь одно определение.
Грешник.
Смокинг от «Армани», ботинки от «Берлути», на запястье часы фирмы «Берберри».
Голубые глаза, светлые волосы, слегка крупный рот, наталкивающий на непристойные мысли.
Да, я знаю, что выгляжу великолепно, когда выхожу из своей «Ауди R8» и направляюсь на благотворительный вечер по сбору средств для больницы.
Я знаю это, парковщик, который забирает у меня ключи от машины, знает это, девушка, работающая за стойкой бесплатного бара, знает это. Я одариваю ее классической, с ямочками, улыбкой Беллов, беру у нее заказанный виски, и она краснеет. А потом поворачиваюсь лицом к кружащей по залу толпе богачей и, потягивая виски «Макаллан», раздумываю, с чего же начать в первую очередь.
Потому что сегодняшний вечер – мой момент триумфа.
Во-первых, сегодня днем я заключил выгодную сделку с Киганом, подписав стопку документов о передаче заброшенного района застройщику из Нью-Йорка, и, бог ты мой, вы не поверите, какими деньгами владеют эти люди. Они не просто богаты. Это уровень нефтяных магнатов. Я не только заработал для своей фирмы хренову тучу долларов, но и получил возможность укрепить свое положение в «Валдман и партнеры» как раз к тому моменту, когда Валдман уйдет на пенсию и ему понадобится кто-то, кто займет заветный угловой кабинет и будет пересчитывать заработанное богатство.
Во-вторых, именно я подписал это соглашение, а не Чарльз Норткатт, к черту этого парня, и я с удовольствием позлорадствовал бы по этому поводу сегодня вечером, зная, что этот придурок обязательно появится здесь, потому что он не может устоять перед бесплатной выпивкой и скучающими «трофейными женами».
И в-третьих, я допоздна засиживался из-за сделки с Киганом, а это серьезно повлияло на мою сексуальную жизнь, и я отчаянно желаю наверстать упущенное. В моем телефоне сохранено несколько номеров постоянных партнерш для секса, к тому же всегда можно заглянуть в эксклюзивный клуб, членом которого я являюсь, но сегодня я праздную победу. И это заслуживает чего-то особенного, чего-то оригинального.
Еще раз обвожу взглядом зал. Валдман со своей женой в углу, смеющийся и раскрасневшийся, хотя благотворительный вечер только начался, и Норткатт, конечно же, рядом с ним.
Чертов жополиз.
Но сегодняшний вечер – мой, а вокруг полно прекрасных женщин, и пусть я, возможно, еще один белый парень с уймой денег в море таких же белых богачей, но у меня есть преимущество. Я – грешник с соблазнительной улыбкой и великолепными волосами и умею превратить грех в рай.
Допив свой виски, ставлю стакан на барную стойку и отправляюсь на охоту.
Спустя час чувствую, как кто-то легонько толкает меня локтем.
– Отец здесь. Просто к твоему сведению.
Поворачиваюсь и вижу мужчину моего возраста, который протягивает мне еще один напиток, предоставляя отличный предлог отвлечься от текущего разговора и осмотреть помещение.
