— Пожалуйста, скажи мне, что в какой-то момент ты просто наденешь фартук и уйдешь. Серьезно, ты тревожишь.
— Это состояние твоей волчицы тревожит. Понять не могу, почему Данте выбрал кого-то такого психически неуравновешенного, грубого, шлюховатого и жирного. В его жизни были милые девушки. Почему он, вопреки моим возражениям, выбрал тебя.
Джейми приложила ладонь к уху.
— Извините, что? Вас сложно понять, когда изо рта потоком несётся всё это дерьмо.
Данте поднял руку, чтобы оборвать намечающуюся речь Греты, и схватил Джейми за подбородок, поворачивая её лицом к себе.
— Джейми, я не позволю тебе оказаться в опасности. Смирись.
— Прежде чем мы решим как действовать дальше, нам нужно поговорить о произошедшем с Ником, — влез в разговор Трей.
Джейми еле подавила порыв посмотреть на Шайю, чтобы убедиться, в порядке ли она после упоминания имени Ника, и сделала мысленную заметку позже с ней поговорить.
Тао прислонился к стене и скрестил руки на груди.
— А какой смысл? Он совсем не помог.
Трик согласно кивнул.
— Пока всё, что он делает — это защищает Глори.
— Этого и стоило ожидать, — ответил Трей, пожав плечами. — Она — волчица его стаи. Я бы хотел увидеть очевидные доказательства, прежде чем позволил бы кому-то вас обидеть. Да и после, я бы не хотел этого делать.
Данте вздохнул.
— Тогда мы не будем с ним связываться по этому поводу. В последнюю встречу я ему сказал, что если Глори не успокоится, я с ней разберусь без его одобрения. Он ответил, что сделал бы то же самое, если бы был на моём месте.
— И всё же не думаю, что он так просто это оставит. А последнее, что мне хочется — это битва с ещё одной стаей. Тарин не нужен подобный стресс…
Тарин зарычала.
— Флинстоун, пожалуйста, объясни, что я сделала, чтобы произвести впечатление ранимой персоны?
— Тарин, ты со дня на день должна родить.
Выражение его лица было яростным, а тон — жёстким, но он с таким же успехом мог просто шептать, чтобы запугать свою пару.
— Это не значит, что кто-то из стаи должен из-за этого страдать. Думаю, Джейми права. Думаю, Глори будет продолжать, пока кто-то её не остановит. Если она действовала одна, то, возможно, её братья больше не хотят в это влезать.
— А это и не удивительно, учитывая что Данте, Джейми и Айви сделали с ними в приюте для животных, — сказал Маркус.
— Нет, — Джейми покачала головой. — Я видела их лица. Они получали удовольствие, причиняя мне боль. И будут продолжать. Особенно, потому что невероятно сильно защищают свою младшую сестрёнку и знают, что я её сильно обидела. Поверить не могу, что они хотели отдать привилегию причинить мне боль кому-то ещё, поэтому посчитают это грабежом.
— Она права. — Данте взял Джейми за руку, желая ощутить её кожу. — Братья всё это так просто не оставят. Но узнают о произошедшем только тогда, когда снова на нас нападут. Скорее всего, они будут выжидать, может даже считать, что мы поверим в трюк "Ой, да мы больше в это не лезем". Может, Глори не захотела ждать и решила действовать самостоятельно. Что бы ни произошло, мы это так не оставим.
Джейми кивнула.
— Вот почему я очень настроена бросить ей вызов.
Данте крепче сжал её руку.
— Джейми…
— А что бы ты сделал с парнем, который не только пытался тебя убить, но и утверждал, что я его пара?
Этот вопрос даже не требовал ответа. Данте знал, что у Джейми есть право так себя вести, знал, что ничто в этом мире не остановит её от того, чтобы бросить вызов тому, кто пытался ей навредить, но сейчас справедливость для Данте не имела никакого значения. Страх и тревога, которые он испытал прошлой ночью, до сих пор были у него в крови.
Последнее, что он мог допустить — это чтобы Джейми снова попала в опасность. Неужели она ожидала, что он так поступит? А что больше всего вызывало возмущение — это то, что его волк не возражал против намерений Джейми. Он видел в этом лишь то, что его женщина готова отомстить тому, кто её обидел.
— Я не спрашиваю твоего разрешения, — тихо произнесла она, — но прошу твоей поддержки.
— Я не могу. — С этими словами Данте отпустил её руку, поставил с громким стуком кружку на прикроватную тумбочку и резко поднялся. Когда он быстрым шагом направился прочь из комнаты, то услышал, как Джейми резко вздохнула, и знал, что её ранила его реакция.
Часть него хотела развернуться на сто восемьдесят градусов, обнять Джейми, поцеловать и извиниться.
Но он не мог, потому что не сожалел. Данте не хотел, чтобы Джейми разбиралась с Глори, и ничто не заставит его поменять мнение на этот счёт.
Пока в его жизни не появилась Джейми, он не был такой наседкой. Данте никогда не видел привлекательности в том, чтобы куда-то уходить, просто чтобы успокоить эмоции, но осознал, что именно этим следующие несколько часов и будет заниматься.
Остальная часть стаи, будто это почувствовав, освободила гостиную… ну, почти вся.
— Ну ты и задница, знаешь это, правда же?
Данте посмотрел на крошечную, хмурую блондинку, стоявшую перед ним, и вздохнул.
— Тарин, милая…
