Мы продолжили свой путь, а небо стали заполнять облака. Сначала маленькие, но со временем они всё больше разрастались, и вот уже солнце скрылось за чёрной пеленой. Завыл ветер, ударили молнии. Воронки смерчей, словно хоботы гигантских слонов, опустились к земле и стали засасывать вопящих людей. Сначала я боялась, что ветер подхватит и нас, но его порывы были невероятно точны. Не прошло и минуты, как вокруг не осталось ни одного человека, и все они теперь кружились над землёй.
С неба начал сыпаться пепел вперемешку с костями, а я похлопала Ату по загривку.
— Девочка, давай побыстрее.
Медведица явно всё поняла и чуть ускорилась, перейдя на полу галоп.
— Э-ге-гей! — закричала Диана, размахивая руками. — Как здорово! Никогда даже на лошадях не каталась!
— У отца была конюшня и несколько элитных жеребцов, — вспомнила я. — Он не пускал нас к ним. Говорил: верховая езда, не женское дело. Но пару раз я всё же прокатилась. В университете клуб по игре в поло был. Но там одни парни.
— Понятно, крутое заведение для элиты. У меня в институте только обычные секции были. Футбол или танцы. Даже тенниса не было. Вот скажи. Как так получилось, что вокруг тебя куча богатых красавцев, а ты с нищебродом связалась?
Я удивлённо на неё посмотрела, но быстро поняла причину такого вопроса. За всю жизнь я никогда не испытывала потребности ни в чём материальном. Да, сами мы с сестрой ничего не покупали, но при этом отец никогда не жалел денег на наши капризы. В детстве у нас была целая комната для кукол ручной работы. На их фоне даже самая дорогая Барби смотрелась грубым куском пластика, а прочие игрушки и подавно. По мере взросления увеличивались и потребности. Платья, туфли, шляпки и прочие наряды самых известных модельеров, а чаще всего под заказ. Всевозможные серьги, колье, кольца и бусы лежали целыми горами, но не приносили радости.
Всегда нужно то, чего нет. А не хватало именно свободы. В университете училось множество парней — сливок общества. Но что они могли дать? Властные и самовлюблённые условные женихи вызывали лишь раздражение, а влюблённый взгляд Сергея пробуждал неописуемый восторг.
— Он смотрел на меня как на женщину мечты, а не собственность, — ответила я Диане. — Нищий — да, но целеустремлённый. Лучший студент. Некоторые профессора из кожи вон лезли, чтобы занизить ему оценку, но хрен у них что получалось. Таких, как он, на всю страну не сыскать. Эти богатенькие хлыщи только и могли, что завидовать, да хорохориться, а на деле мизинца его не стоили. Иногда даже пытались «поставить на место», но ничего у них не получалось.
Я закончила говорить, и внезапно голову сдавила боль. Воспоминания всплыли из подсознания, а появившееся видение вновь вернуло меня в прошлое.
Сёстры шли по коридору университета, а рядом, как всегда, охранник. К его присутствию все давно привыкли и воспринимали лишь незначительным неудобством.
— У нас ещё одна пара и лабораторная по химии, — сказала Мишель, глядя в расписание. — Вот зачем юристам эта хрень?
— Постановление о разностороннем образовании, — пожала плечами Агония. — Слишком многие не идут работать по профессии, а такой подход позволяет подобрать себе занятие по душе. Не ной, лично мне нравится создавать новые вещества.
— Не то вольёшь и бум. Где Сергей? Что-то я его не вижу.
Мишель заозиралась и ткнула Агонию локтем в бок.
— Смотри, — указала она в сторону закрытой аудитории, возле которой стоял накачанный парень со следующего курса. — Дружок Павла. Ну этого хлыща — сына министра энергетики, который тебе глазки строил.
— И что с того?
— Он как будто охраняет вход.
Агония с прищуром посмотрела на парня, а через секунду уже стояла возле него.
— Пропусти меня внутрь, — грозно сказала девушка.
У качка забегали глаза, и он прижался спиной к двери.
— Тебе то что, вали отсюда.
— Я сказала — с дороги!
— Нет! Пошла вон! — ответил парень, а когда Агония попробовала пройти, оттолкнул её в сторону.
— Джеймс, — моментально отреагировала Мишель.
Охранник тяжело вздохнул, но не стал перечить. Он молча саданул качка под дых и, остановив метнувшихся к двери сестёр, вошёл в аудиторию. Послышался его суровый голос вперемешку с матами, а через секунду появился Павел в компании двух дружков.
— Стерва, я это запомню, — коротко бросил он Агонии, но девушка не обратила на него внимания.
Её взгляд был прикован к Джеймсу, который вывел наружу Сергея. Разорванная рубашка, фингал под глазом, а парень всё равно улыбался. Агония бросилась к нему, но на этот раз ей дорогу перегородила Мишель.
— Не у всех на виду и не так явно, — одёрнула она сестру. — Помогли и хорошо, пусть лучше отправится к медсестре и приведёт себя в порядок.
Агонии это не понравилась, но всплывший в памяти суровый взгляд отца заставил её остановиться. Она лишь улыбнулась Сергею и подмигнула.