Жессика. Я? Ты спрашиваешь, что бы я сделала на твоем месте?
Уго. А у кого мне спрашивать? У меня на свете никого нет, кроме тебя.
Жессика. Действительно. У тебя больше никого нет. Кроме меня. Бедняжка Уго.
Уго. Бедная Жессика.
Жессика. Так нельзя?
Уго. Это называется предательством.
Жессика
Уго. Да, если хочешь. У нас разные мнения.
Жессика. И людей, у которых другие мнения, нужно убивать?
Уго. Иногда приходится.
Жессика. Но почему ты выбрал мнения Луи и Ольги?
Уго. Потому что они правильные.
Жессика. Но представь себе, Уго, что в прошлом году ты бы встретил не Луи, а Хёдерера. Тогда его идеи показались бы тебе правильными.
Уго. Ты сумасшедшая.
Жессика. Отчего же?
Уго. Послушаешь тебя, так все мнения стоят одно другого и их можно подцепить, как болезнь.
Жессика. Я так не думаю, я сама не знаю, что думаю. Уго, он такой сильный, только откроет рот, сразу веришь, что он прав. И потом, я думаю, что он искренне желает партии блага.
Уго. Плевать мне на его желания и мысли. Только действия имеют значение.
Жессика. Но...
Уго. Объективно, он социал-предатель.
Жессика
Уго. Да.
Жессика. А-а.
Уго. Понятия не имею.
Жессика. Ну, как по-твоему, подумал бы?
Уго. Какая разница? Возможно, подумал бы.
Жессика. Тогда кто же прав?
Уго. Я.
Жессика. Откуда ты знаешь?
Уго. Политика - это наука. Можно доказать, что ты прав, а другие ошибаются.
Жессика. Почему же тогда ты колеблешься?
Уго. Долго объяснять.
Жессика. Целая ночь впереди.
Уго. Для этого нужны месяцы и годы.
Жессика. Ах, так!
Уго. В каком-то смысле, да. Нужно только уметь читать.
Жессика. Господи!
Уго. Теперь оставь меня в покое. Ложись спать или делай, что хочешь.
Жессика. А что такое? Что я сказала?
Уго. Ничего. Ты ничего не сказала. Это моя вина - глупо было просить у тебя помощи. Ты из другого мира.
Жессика. А кто виноват? Почему меня ничему не научили? Почему ты мне ничего не объяснил? Помнишь, как он сказал? Что я для тебя роскошь. Вот уже девятнадцать лет я живу в вашем взрослом мире, мне запрещено во что бы то ни было вникать, и вы заставили меня поверить, что все в порядке и что мне ничего не нужно делать, кроме как расставлять цветы по вазам. Зачем вы меня обманули? Зачем держали в неведении? Чтобы однажды я поняла, что мир трещит по швам, а вы ничего не можете сделать и я должна выбрать - не хочу, чтобы тебя убили, не хочу, чтобы ты убивал. Почему мне взвалили на плечи эту тяжесть? Я ничего в ваших делах не смыслю и понимать не хочу. Я не тиран, не социал-предатель, не ре волюционер, я ничего плохого не сделала и ни в чем не виновата.
Уго. Я тебя больше ни о чем не прошу, Жессика.
Жессика. Поздно, Уго, ты меня впутал в это дело. Теперь я должна выбирать. Ради тебя и ради меня; я выбрала жизнь с тобой, и я... О Господи! Я больше не могу.
Уго. Вот видишь.
Жессика. Молчи. Не занимайся мною. Я не буду говорить с тобой, не помешаю тебе думать. Но я останусь здесь. Утром холодно, ты получишь чуть-чуть моего тепла, раз я ничего больше не могу тебе дать. Голова еще болит?
Уго. Да.
Жессика. Положи ее мне на плечо. У тебя горячий лоб.
Уго
Жессика
Уго. Не изображай мать семейства.
Жессика. Никого я не изображаю и не буду изображать.
Уго. У тебя холодное тело, и ты не можешь дать мне тепла. Нетрудно склониться над человеком с материнским видом и погладить его по головке; любая девчонка могла бы быть на твоем месте. Но когда я обнимал тебя и просил, чтобы ты стала моей женой, у тебя не так хорошо получалось.
Жессика. Замолчи.
Уго. Почему это? Ты разве не знаешь, что наша любовь была комедией?
Жессика. Этой ночью важна не наша любовь, а то, что ты сделаешь завтра.
Уго. Одно с другим связано. Если бы я был уверен...