— Правильно, — кивнул Ярослав. — Оставим письмо на видном месте, например: на лобовом стекле их Газели. А Газель оставим там, где сегодня стоял наш Мерс.
— Но куда мы перенесём встречу? Ты знаешь более подходящее место?
— Знаю, — Ярослав внезапно улыбнулся. — Как ты считаешь, кто-нибудь из этих молодчиков или может быть Евгения учились в нашем универе?
— Сомневаюсь, — ответил удивлённый Тарас. — А что?
— Там есть хорошее место для обмена, — пояснил Ярослав. — Только надо нам заранее обзавестись ещё одной машиной.
— Машин в городе полно, да только не во всех имеются ключи, а там где они есть, есть и водители, — вздохнул Тарас. — Лучше бы взять машину из салона.
— Не думаю, — возразил Ярослав. — Новенькая машина будет слишком заметна. Лучше мы выедем в город прямо сейчас и поищем подержанную машину в хорошем состоянии.
— Да расскажи ты, что задумал? — возмутилась Арина. — И что такого особенного в нашем универе?
Ярослав раскрыл им свой план и Арина злорадно рассмеялась. Тарас восхищённо присвистнул: план Ярослава был прост и изящен, правда он мог сработать всего один раз, но если всё пойдёт, как предполагал Ярослав, то увеличатся их шансы не только спасти Данила, но и самим в плен не угодить.
Пётр не знал, что и думать: на голосовании его поддержала только Катерина. Димка переметнулся на сторону своего нового кумира, а тот конечно же поддержал мнение Сергеича. Лена, приехавшая с дежурства слишком уж счастливой и очень розовой, тоже приняла сторону Кирилла.
Даже Фёдоровна, весь вечер проквохтавшая о бедном худущем ребёнке, и та почему-то поддержала большинство и проголосовала за возвращение мальчика в группу Ярослава. «Раз тот хлопец готов за ребёнка козу отдать — значит, мальчик ему дорог и он его обижать не будет» — резюмировала она.
Пётр пытался спорить, говорил, что для Ярослава коза никакой ценности вовсе не имеет, ведь она у него одна, без самца, а значит пригодна только на убой. Мальчик же для него важен как будущий боец, то есть ещё один человек, который будет воспитан похитителями маленьких девочек. При этом на лице Фёдоровны промелькнуло какое-то выражение — жалости что ли — и Пётр уже обрадовался, что склонил её в свою сторону, но тут некстати закашлялся Сан Саныч и старая женщина, отвлёкшись на него, похоже забыла, что только что сомневалась в своём решении. «Ну и что, что ему коза не надо, нам-то она нужна!» — поспешил вставить своё слово Сергеич и одарил Фёдоровну лучезарной улыбкой.
О Гришке Петру вообще вспоминать не хотелось: как только тому сказали о козе, так он сам вызвался мальчонку на обмен отвезти, и никакой риск ему не был страшен. Поддержал его и Сан Саныч, правда его предложение поехать завтра на обмен, Сергеич почему-то встретил хмурым взглядом и не одобрил.
Оставалась одна надежда — что мальчик вскоре очнётся и сам скажет, чего хочет. Возможно, он сам откажется возвращаться в бандитскую шайку, тогда на сторону Петра перейдут женщины, а возможно и Сан Саныч. Но мальчик до сих пор пребывал в глубоком обмороке и с ним неотлучно оставалась Евгения.
Пётр только диву давался, отчего это вдруг холодная и расчетливая подруга Сергеича вдруг стала проявлять так много заботы о чужом ребёнке. Тем не менее, придраться тут было не к чему, и Пётр не видел смысла перекладывать заботу о мальчике на другие плечи. Кроме того, у постели больного находилась ещё одна сиделка — это была Мила. Девочка сама проникла в комнату, где лежал Данил, и Евгения не смогла её оттуда вытурить, не прибегая к грубости. В конце концов малышку забрала на ночь Катерина.
Рано утром начались приготовления к отъезду на место обмена. В дорогу собирались Кирилл, Сергеич, Витёк и Гришка, который вдолбил себе в голову, что должен проверить нормальную ли им предлагают козу, иначе обмен мог и не состояться. Петра, который тоже хотел поехать, чтобы воочию увидеть страшного Ярослава, Сергеич попросил присмотреть за остающимися на базе женщинами, стариками и Димкой. Это было логично, и Пётр согласился.
Ехать собирались на двух машинах: на джипе и на Газели. Кирилл и туда, и туда погрузил уйму оружия и боеприпасов и занял место водителя во внедорожнике. Гришка закинул в кузов Газели пару щедрых охапок сена и тоже уселся за руль, готовый выезжать. Витёк сидел рядом и меланхолично ковырял прыщ на носу, раздумывая, осталась ли на асфальте придушенная спаниелем крыса.
Вчера, купаясь в лучах всеобщего — как ему казалось — одобрения, он жалел только о двух вещах: что не переехал бусом пса на глазах у этого высокомерного Ярослава и что не подобрал издыхающую крысу. Он толком и не осознавал, зачем ему понадобилась эта чёрная бестия, но она ему определённо нужна была. А тут и Кирилл ещё подлил масла в огонь, сказав, что у крыс вовсе недурное на вкус мясо — всё зависело от того, чем зверёк питался перед забоем. Витёк твёрдо решил найти сегодня крысу живую или мёртвую. Если она издохла, то он, хотя бы, напугает, как следует, эту недотрогу — Ленку. А если жива, то он откормит её и зажарит на Новый Год в духовке.
