На Лену предупреждения Петра не подействовали. Девочка по уши влюбилась в Кирилла и ни о чём больше думать не могла. Против её выбора Пётр не возражал: в конце концов кто он такой, чтобы ей указывать? Он лишь надеялся, что она погодит пока беременеть. А то мало ему Кати!
Идею дежурств поочерёдно с каждым из членов группы Пётр предложил сам, мотивируя это тем, что так они лучше познакомятся друг с другом. Менялись напарники каждые три дня по жребию. И в целом затея удалась и все они очень скоро неплохо узнали друг друга, но до чего же порой бывало скучно! Особенно долго тянулись последние два дня, когда ему выпал жребий идти на дежурство в паре с Витьком.
Говорить с пацаном было абсолютно не о чём. Это Пётр выяснил, когда в первый день их совместного дежурства спросил того об интересах. Витёк ответил: 'До этой туфты с грибами мы с пацыками возле бурсы каждый вечер собирались, музон по радио слушали. Пиво, папироски были. Девок было много. Хорошо было, мля!' На этом Пётр решил остановиться и о прошлой жизни Витька больше не расспрашивал. Да Витёк и сам, погрузившись в сладостные воспоминания о тусовках с братвой и девками, общаться больше не горел желанием. Предоставив пацану в полное распоряжение их оборудованную раскладушкой Газель и взяв с него обещание не уходить с поста и следить за дорогой, сам Пётр отправлялся в свою 'лабораторию' или исследовал прилежащий район.
Вот и сегодня, устав разбираться в медицинских терминах, Пётр отправился 'на разведку' по району.
С этой стороны города располагалось много перерабатывающих сельхозпродукцию предприятий. Над длинной улицей нависали фасады административных корпусов молокозавода, мясного комбината, мукомольного и хлебозавода. Конец улицы упирался в площадку блошиного рынка, за которым начинался рынок строительных материалов и ангары оптовых баз.
Пока Пётр ходил от одного павильона к другому, записывая в блокнот, что где хранится, Витёк сторожил въезд в город. Усилий эта работа не требовала - знай, лежи себе на раскладушке в кузове Газели и пялься на уходящую в северо-западном направлении трассу. Однако даже Витьку скоро наскучило это занятие и он стал раздумывать, а не пойти ли ему на поиски журнального лотка. Пышногрудым красавицам с глянцевых страниц вполне по силам было развеять его тоску.
Витёк уже совсем было решился пойти размяться, как вдруг по асфальту прямо перед Газелью пробежала здоровенная крыса. Таких матёрых зверюг Витёк никогда в жизни не видал. Лоснящаяся чёрная бестия габаритами не уступала взрослой нутрии. Однако на движение в кузове Витька она отреагировала, как и положено обычной крысе: оглянулась и, блеснув бусинами глаз, пустилась наутек. А в Витьке внезапно проснулся инстинкт охотника. Упустить такую добычу он не мог, хотя четкого представления, зачем ему понадобилась крыса, у него не было.
Парень выскочил из кузова и бросился за крысой вдогонку. Та мчалась впереди вытянув струною хвост и Витёк с удивлением отметил, что крыса вовсе не волочит его по земле, как можно было бы предположить, а несёт его поднятым и строго параллельно земле. 'Это ж надо такой длиннющий шнур удерживает в воздухе!' - невольно зауважал крысу Витёк. Они бежали по площади и у длинноногого Витька было явное преимущество перед крысой. До неё уже оставалось пару шагов, и парень приготовился сделать последний бросок, когда вдруг бестия махнула хвостом и свернула в сторону под прямым углом к своей прежней траектории. Витёк такой манёвр повторить не сумел и потерял крысу из виду. Когда он развернулся и нашёл её взглядом, бесовка успела прилично оторваться от него и удирала к каким-то воротам. Витёк сразу понял, что крыса успеет нырнуть под них прежде, чем он её нагонит, но ноги сами понесли его вперёд. Крыса замешкалась у ворот: её крупное тело не пролезало под створкой и она отчаянно извивалась, спеша протиснуться в щель между нижним краем ворот и асфальтом. Витёк, видя, что добыча опять ускользает, наподдал и в тот момент, когда крысиный хвост скрылся под воротами, он со всего маху в них врезался.
