У машины он передал ей мальчика, а сам сел за руль. Вперёди лежала главная дорога, прямая как стрела она пронзала сразу несколько кварталов. Ярослав решил не рисковать и нырнул в лабиринт дворовых улочек на первом же перекрестке. И снова угадал. Едва они скрылись на боковой дороге, как сотней метров дальше на главную улицу вырулил чёрный джип и поехал в сторону игрушечного магазина.
Ярослав обернулся к Арине. Её не интересовали больше бандиты: она была занята тем, что разводила в баклажке с водой гелевый абсорбент, тот самый, что спас от отравления Ольгу. Когда гель растворился, она приложила горлышко бутылки к губам ребёнка. Мальчик глотнул и закашлялся, но тут же глотнул вновь. 'Выкарабкается' - заключил про себя Ярослав и повернулся к дороге.
До сих пор им сказочно везло. Никто из их группы не заболел серьёзно, а все травмы носили поверхностный характер и легко поддавались лечению. Даже маленький Никита, переживший несколько голодных дней в компании кровососущих насекомых, поправился на удивление быстро. Новенькая в общине - Ирина - тоже должна была скоро выздороветь. Для четырнадцатилетней девочки она очень мужественно перенесла надругательства насильников над её телом и психикой. Обладая сильной волей к жизни, она обязательно выкарабкается. Но Ярослав знал, что болезни будут. Будут травмы и ранения, которые потребуют квалифицированного лечения, а возможно и оперативного вмешательства. Сегодня они чудом избежали столкновения с вооруженными бандитами. Если б их заметили, кровопролития не удалось бы избежать. Кто знает, сколько будет ещё таких ситуаций? Станет ли удача сопутствовать им и дальше? Глупо надеяться на чудо - нужно готовиться к худшему.
На полпути к дому Арина вдруг заговорила, только обращалась она не к нему:
- Привет Данил! Как ты себя чувствуешь? Ты не бойся - нас послала за тобой Ирина. Помнишь её?
Ярослав оглянулся и увидел, что спасённый ими мальчик пришёл в себя. У него были странные слишком тёмные глаза, с необыкновенно широкими зрачками. Будто две дыры в черепе. У Ярослав мороз пробежал по коже, когда он встретился с их взглядом. Недетским взглядом. Так мог бы смотреть слепец, или мёртвый. А ещё - сумасшедший, но не ребёнок. Ярослав перевёл взгляд на подругу. Она тоже была шокирована, но всё же мужественно продолжала свой монолог:
- Ты теперь будешь жить у нас, как и Иришка. А ещё у нас есть Спайк. Вот он, гляди, - Арина указала на Спайка, заглядывающего к ним с переднего сидения. Взгляд мальчика переместился на собаку и тут же переменился, ожил. Арина облегчённо вздохнула - всё-таки он нормальный, а ей привиделось, что сумасшедший! - А когда мы приедем домой, я покажу тебе, знаешь кого? Страусов! Мы вывели их из яиц. Правда здорово? Ещё у нас живет коза Машка. У нас есть электричество, так что можно мультики посмотреть. Ты соскучился по мультикам, а?
По её изменившемуся тону Ярослав понял, что Спайк сумел расположить к себе ребёнка. Не отпуская руль, другой рукой он потрепал спаниеля по мягким ушам: 'Молодец, Спайк!'.
Дома их ждали нехорошие известия.
Ольга рассказала им, что вскоре после их отъезда у Ирины поднялась высокая температура. Женщина дала ей аспирин, но это не слишком помогло. К полудню девочка без сил слегла в постель. Она бредила, и даже на расстоянии ощущалось, какой сильный у неё жар.
Тарас тоже огорчил их новостями: оказывается, час назад он включил рацию на приём, и она тут же стала умолять его голосом Евгении спасти её из ужасного плена. Клялась в своей невиновности и говорила об ужасных унижениях и муках, которые терпит в плену у гнусных насильников. Тарас не выдержал и сказал, что не верит ни единому её слову, что узнал от Ирины всю правду о её новых друзьях и об её измене. Тогда рация стала плеваться оскорблениями и угрозами. Тут-то Тарас и узнал, какой он никчемный в постели и вообще не мужик, а тряпка! И место ему среди быдла - вот и пусть теперь ищет своего дружка - Ярослава - этого худосочного праведника с его сельской дурочкой - Ариной. На это Тарас рассмеялся и ответил, что уже нашёл их и может вволю пользоваться всеми теми удобствами, о которых так мечтала Евгения. Тогда рация разразилась совсем уж нецензурной бранью, пообещала отыскать их где угодно и превратить в рабов. А поганую соплячку Ирку грозилась отдать на растерзание своим 'мальчикам'. Когда рация заикнулась ещё и об Ольге, у Тараса сдали нервы, и он разбил приёмник о стену.
