— Освобождённые погрузились в повозку, чтобы дать отсюда дёру под шумок! Кайра отправилась искать брата. А я отыскал тебя.
Частыми ударами кнута я обратил в бегство вепря, который, визжа, как обычный домашний поросенок, забился в дальний угол церемониального зала. Впервые вижу так нетипично ведущего себя одержимого зверя Это странно.
— Ох, Рос. Ты, конечно дружище с большой буквы! Но не подходи к этим тварям, от них исходят миазмы!
— Все в порядке. Как почувствую отравление, выпью лекарство. Я прихватил с собой из столицы.
Эльф достал свой серп и вскрыл глотку грифа, затем тоже самое проделал и с пантерой.
— А где та огромная обезьяна? — спросил эльф, утирая лоб рукавом своей рубашки.
— Наверное, тоже где-то затаилась или сбежала, — пожал я плечами, переводя дух.
— Слышали?! — завизжал кто-то в толпе сектантов, — пленники сбегают! Мы должны их остановить!
— Нет! — возразили первосвященник, — пусть катятся! Надо будет, ещё поймаем! Сейчас куда важнее остановить этих богохульников! Призовем Безликого бога!
Сектанты склонили головы и снова принялись за усердное бормотание молитвы. При этом они протирали одну ладонь о другую, создавая неприятный, шероховатый звук, от которого по телу пробегали мурашки.
— И что это они устроили? — спросил Рос. В ответ я лишь пожал плечами.
Первосвященник достал из рукава балахона черную треугольную свечу и запал ее от ближайшего канделябра. К протиранию ладоней адептов добавились хлопки в определенном ритме, создающие странную музыку, вводящую в состояние транса.
— Что за ересь! — Рос тряхнул головой, — отвратительно…меня сейчас вывернет!
— Выпей лекарство, — посоветовал я на всякий случай, понимая, что моя грибная сущность не восприимчива к отравлению, а вот эльфу придется туго.
— Бог! — первосвященник поставил свечу перед собой и, опустившись на колени, поднял руки к потолку, — Единственный, подлинный, могущественный и великий! Безликий, но сущий во всем вокруг! Яви себя нам, смертным, почитающим тебя! Даруй свое заступничество и благодать пред лицами неверных, осквернивших обитель твою! Явись из Безвременья!
Мы с Росом, только что принявшим лекарство, напряглись. Напряжённо ожидали чего-то и все культисты. Да и сам первосвященник замер в ожидании, как карикатура на самого себя, с открытым ртом.
На миг, мне показалось, будто свет мигнул, как это бывает обычно вечером в многоквартирном доме в моем мире. Но тут-то откуда взяться такой ерунде! Может, показалось.
Как вдруг резко распахнулась дверь в залу! Все вздрогнули, хватаясь то за сердца, то за животы, посыпались в стороны от порога, поползли, как тараканы с благоговейным ужасом.
Вот оно, явление бога!
Но, нет…
— Где мой брат, ты, супесь рыхлая?!
Это была Кайра. Очень грозная Кайра в своих кожаных доспехах, с рапирой наголо.
— Брат? — переспросил первосвященник, — Какой ещё брат?
— Она про малыша Моера! — вклинился какой-то адепт из толпы.
— А, это которого мы… — подхватил другой, но замолчал тут же.
— Что вы с ним сделали?! — в бешенстве взревела Кайра. — Я обыскала Твердыню и не нашла его! Куда вы дели моего брата, вата матрасная?!
— Спокойно, спокойно, — бубнил первосвященник, — он… Эм. Ааа… Я забыл даже.
Кайра бросилась на первосвященника, занеся над ним рапиру. Взмах! Культист спасся лишь потому, что оступился и упал на задницу, сжимаясь, как уколотая иголочкой амёба.
— Мой брат… Ещё сегодня мы говорили о нем! — Кайра снова занесла оружие, — лицемерная, двуличная мразь!..
— А вот с этим полегче! — один из адептов поднял руку и по его мановению Кайра выронила рапиру, —лицемерие и двуличие — основа нашей веры!
Он взмахнул кистью и мощная волна отбросила Кайру в нашу сторону. Она влетела на приличное расстояние и спиной врезалась в Росточка, прикусив язык. А эльф, шипя, схватился за нос.
Тем временем могучий культист под пристальными взглядами соратников снял капюшон и… У меня свело желудок.
— Анфиса Павловна…
Значит, призыв этих чудил в балахонах сработал.
— Ну, здравствуй, Гена. Наворотил ты тут дел, однако.
Это Дуалерос в своем излюбленном облике для шантажа. Все то же каре, те же невинные голубе глаза, смотрящие с прищуром и хитрецой.
— А по твоему мнению, я должен был лечь и лапки сложить, что ли?
— Это бы все упростило. К тому же, все равно такова твоя судьба, попаданец.
— Ген, о чем это она? — спросил Рос тихо.
— Я потом тебе расскажу, — так же тихо ответил я эльфу.
— Никакого потом не будет! — засмеялась Анфиса Павловна. — Все закончится здесь и сейчас. Но, стоит признать, наблюдать за тобой было занятно.
— Рано списывать меня со счетов, Дуалерос, — усмехнулся я, — раз уж припёрся, готовься получить по загривку за все, через что заставил меня и моих близких пройти. Но сперва ответь на вопрос, зачем все это было нужно?
— Это твоя последняя просьба, поэтому…
— Ох, Великий и Могучий Безликий бог! — прервал первосвященник Анфису, — Вы почтили нас сва…
Тело культиста рассекло пополам лёгким движением изящной ручки Анфисы. Две половины тела разъехались между собой, с глухим звуком упали на пол, заливая его кровью.
— Замолкни. Мешаешь.
