ПЕРВЫЙ ТОМ ТУТ:https://author.today/work/380161Я попал в прошлое и оказался на Руси в сложнейшее время. На дворе середина XII века, князья воюют помеж собой, обильно сдабривая Землю-матушку русской кровью. Брат идет на брата на потеху и усладу вражинам заморским.Нет, не гоже Русь изнутри терзать! Не зря меня судьба сюда забросила - мне и наряд держать.А что князья? Как говорится, не хотят - заставим, не умеют - научим. Степняков и германцев это тоже касается. А еще Византия живет в своем быстро затухающем величии, уступая место молодым европейским хищникам. Вот только я младший ратник и отроду мне 16 годков. Сладится ли сделать Русскую Землю сильнее, чтобы выстоять перед всеми напастями? Коли хотеть и делать, все получится.
Два брата сидели друг напротив друга и не отрывали взгляда. Их обоих отец учил смотреть опасности в глаза, не отводить своего взора. Вот они и смотрели, и эта игра затягивалась. Никто не хотел уступать, не было найдено компромиссов, да и пролилась уже первая кровь, и пути назад без урона чести одного из братьев нет.
Не мог из-под стен Торжка уйти Ростислав Юрьевич, он, как старший брат, имел полное право владеть Ростово-Суздальским, уже ставшим Владимирским, княжеством. Не имел прав Андрей Юрьевич на княжение и по лествичному закону. Живет и почти здравствует дядька, родной брат Юрия Владимировича, Вячеслав Владимирович.
— Ты всегда был самым упрямым из братьев, — усмехнулся Ростислав Юрьевич, все-таки отвернув взгляд. — Но это ровным счетом ничего не решает. Я в своем праве, и отступать уже некуда. И это ты начал осаду, а после взял Торжок. Это ты даже не прислал весточки мне об убийстве отца. Это ты не нашел убийц, не наказал тех, кто лишил жизни нашего родителя, а должен бы не менее ста человек, лишь в назидание, казнить.
— Не смей! — прошипел Андрей, понимая, на что намекает старший брат. — Я не причастен к убийству отца. И ты сам понимаешь, что это мне было не выгодно. Отец желал отставить на меня Ростов. А вот тебе…
Разбились стеклянные бокалы выделки мастерской во Владово, полетели на землю кувшины и глиняные миски. Возмутившись до предела, Ростислав, обладавший внушительным весом, вставая, задел стол.
— Ты обвиняешь меня в убийстве отца? — прогремел голос Ростислава Юрьевича.
Сероватый шатер, в котором проходили переговоры братьев, вдруг, оказался слишком малым, оба брата обнажили свои мечи и направили острия клинков на…свою кровь, своего ближайшего родича. Еще вчера оба брата гнали от себя мысли, что все противостояние должно закончиться смертью одного из них. Сам факт, что, если совершенно чужой человек убьет брата, коробил, тем более, и вовсе лично заколоть родственника.Но сейчас они готовы убивать друг друга. И достаточно было только маленькой искорки, чтобы все изменилось и невозможное стало не только возможным, но и желанным.
— Вот, брат, мы и обнажили свои мечи, — с сожалением сказал Андрей, первый пришедший в нормальное состояние, отринув ярость.
— Ты видишь иной выход? — сказал Ростислав, пряча клинок в ножны.
— Признай Изяслава, брат, правь в Новгороде, начнем торговлю, все будет хорошо. Я могу отдать Городец на кормление нашему брату Борису, — озвучил уступку Андрей.
— Нет, брат, так уже не выйдет. Новгород… Ты же знаешь, что не князь там правит, а вечевой колокол. И новгородцы кипят возмущением, что Братство, столь тобой пестуемое, захватило городки в Пермской земле. Оттуда Новгород кормился. Один городок вернули благодаря предателю из Братства Богояру, иные — нет, — говорил Ростислав.
Андрею и самому не нравилось самоуправство воеводы Владислава Богояровича. Владимирский князь самолично хотел захватить пермские земли, богатые пушным зверем и с податными людишками-черемисами, которые охотно платят выход русичам. Но идти против Братства нельзя, уже нельзя. Это сила, да еще и превращенная в фактор влияния великого князя в регионе. Отец совершил ошибку, что позволил селиться Братству на его землях, теперь нужно как-то вопрос решать. Ноточно, что не сейчас.
— И что получается, брат? Ты призываешь меня просто уйти? Оставить все княжество, отстраиваемый великий град Владимир? Что взамен дашь? — ухмыляясь спрашивал Андрей Юрьевич.
Было понятно, что дать что-то равноценное взамен не получится. Новгородцы не хотят видеть у себя Андрея, который уже пустил Новгороду кровь, побил людишек в Торжке, да и пограбил селения новгородские рядом с этим городом. Голодом Андрей стал морить Новгород, который не мог производить достаточного количества еды, а этого вольные новгородцы точно не простят. У них практически стала торговля, город не живет, он нынче выживает.
Тот же Городец предлагал Ростислав своему брату, будто в издевку, но Андрей имел куда больше амбиций, чем просто доживать свой век в безвестности на окраине Руси в маленьком городишке. И не только это смущало и не позволяло искать компромиссы. Андрей привел пять тысяч войска. Своего, дружинного, мог бы еще семь тысяч вооружить из городских охочих людей. Но все добрые охочие уже ушли в Братство, а недобрых брать не стоит, это никчёмные воины. Да и не думал Андрей, что Ростислав приведет так много людей, все же две тысячи свеев сильно портят цифры противостоящих братьев.
И пяти тысяч хватило бы даже для усмирения Новгорода, пусть вольный город и выставил бы десять тысяч своих ополченцев. Дружина у Ростислава не более тысячи человек, и одеты они скудно относительно окольчуженных ратников Андрея.
