В какой-то момент Руби поняла, что не может спокойно смотреть ему в глаза и старалась этого не делать, хотя от этого желание глянуть на них лишь усиливалось. Как ни странно, но почти каждое следующее действие Цукуне вызывало бурную реакцию в её душе. Особенно то, как он постоянно держал её за руку, что в какой-то момент ей самой не хотелось отпускать его…
Конечно, далее общение не пошло, и Руби никак толком не могла выдавить из себя и слова. Она чувствовала, как её сковывает смущение на пару с чувством неловкости, отчего начала злиться на себя. Ей было в новинку испытывать подобное. Совершенно! Её сердце билось в разы сильнее обычного: громко и жарко – и этот жар распространялся по всему телу! Горели уши, шея, щёки, лоб и даже плечи. Она напряжённо смотрела вперёд или украдкой на Аоно, пока его чёрные глаза были непроницаемы. Цукуне только слегка приподнимал бровь, когда ловил её взгляд, но Руби тут же качала головой, чувствуя себя глупой и ещё сильнее смущённой…
Ведьма ощущала тревогу, ибо то лёгкое чувство счастья и спокойства полностью исчезло. Она даже начала тревожиться, что теперь всё безвозвратно испорчено. Но ещё сильнее Тодзё тревожилась, что упустила нечто безумно важное и нужное.
Вскоре девушка заметила, что чувствует дрожь, проходящую по всему телу, но холодно ей не было. Скорее наоборот – горячо! Тягучий жар обволакивал её…
А потом всё понеслось словно в водовороте – Цукуне резко свернул с пути и повёл её в неизвестном направлении. Руби не знала, куда они направляются и что тот задумывает. Сомнения преследовали её, пока тот не привёл ведьму на небольшую полянку на холмике. Практически безлюдное место, где она ощущала себя в разы спокойней, при этом чувствуя тоненькие струйки природной энергии, исходящие от небольшого лесочка поблизости. Испытанное в тот момент удивление тут же сменилось диким восторгом.
А потом началось…
Фейерверки!
Небо расцвело во множестве ярких вспышек. Сначала это был один огонёк, а потом ещё один, другой и после уже целые десятки. Руби побоялась отвести глаза и упустить хотя бы один из цветных огоньков, которые звёздами вспыхивали и, оставляя сверкающий след, исчезали.
Она уже видела их, но это было там – на холме. Оттуда всё было крошечным и не столь красочным. Несомненно и оттуда это выглядело красиво, но, когда наблюдаешь подобное зрелище вблизи – это совсем иные ощущения!
Вскоре Цукуне что-то прошептал прямо возле её уха. По спинке ведьмы пробежали мурашки! Руби почувствовала, что он не просто держит её за руку, а нежно переплетает пальцы. Она сглотнула, медленно поворачивая голову и наблюдая, как вспышки фейерверков отражаются в его тёмных глазах, словно блики звёзд в глубоком тёмном колодце. Сам парень тоже повернулся в ответ и тепло ей улыбнулся.
- Руби… – проронил он.
Ведьма не ответила.
Она вдруг осознала, почему было то напряжение, та тревога и тот страх весь вечер. Наконец-то до неё всё дошло, мозаика собралась воедино! Собственное желание стало настолько явным и ясным, что девушка ни на секунду не засомневалась в том, чтобы сделать то, что должно случиться.
А далее она, перебарывая собственное стеснение и страх, сделала шаг в сторону Цукуне, не размыкая рук и, прикрыв глаза, неуверенно попыталась поцеловать парня…
Хоть бы он понял её чувства…
…и он не отпрянул, а ответил! Принял её! Неужели это самый…
- Боже, вы ещё поебитесь тут, грязные отродья! – этот сказочный момент разрушил внезапно вклинившийся скрипучий голос.
Глава 17. Бой с истребителем ведьм
- Боже, вы ещё поебитесь тут, грязные отродья! – пока я наслаждался моментом, какой-то мудила внезапно посмел что-то крякнуть в нашу сторону, нагло ровняя мои труды с землёй.
Руби только-только набралась смелости сделать хоть что-то и смогла решиться на подобный шаг, как вдруг какой-то в край оборзевший пиздюк взял и всё испортил. СУКА!
Благодаря нему Руби резко отскочила от меня и круглыми глазами глянула в сторону обладателя противного скрипучего голоса. А ведь это, скорее всего, был её первый поцелуй! Неуверенный, робкий, опасливый, но первый и самый чувственный! У-у-у-у-у, сука! Сейчас Тодзё, как и я, явно не знает, чего в ней в больше, смущения от того, что нас кто-то застукал или возмущения тем, что чья-то наглая рожа решила испоганить столь романтичный момент. Хотя лично я за второй вариант – так портить малину может только смертник!
А ведь я специально выбрал место, где нас никто не увидит, а мы никому не помешаем – все, сука, рамки приличия выдержал!
Фейерверки ещё не стихли и активно продолжали взрываться… хотя уже и не столь интенсивно, как пару минут назад. Совсем скоро – минут эдак через пять-семь, – светопреставление закончится.
А вот из того лесочка на другом конце поляны, на который удивлённо уставилась Тодзё, неспеша вышел тот самый мудила, осмелившийся мне всё запороть.
