цветов. Пришла парикмахер и завила мне волосы, а также нанесла на мои ладони расписной татуаж из хны. Она объяснила это тем, что хозяина возбуждают именно женские ладони с татуажем. Макияж я выполнила сама, выгодно подчеркнув коричневыми тенями свои глаза. Я обулась в босоножки, усеянные камнями «Сваровски», надушилась моим любимым «Шанель – Шанс» и вышла из комнаты. Маджид уже ожидал меня на входе и велел следовать за ним. Мы пошли в абсолютно незнакомую мне часть дворца. Я шла за ним, и мне было очень не по себе. Пройдя по аллейке стеклянного коридора, мы остановились у огромной резной двери. Маджид отворил её и пропустил меня вперёд. Это была огромная комната, похожая на настоящие палаты. Моему взору предстала огромная кровать, украшенная лиловым балдахином из шёлка. Рядом с кроватью стояло огромное кресло из велюра и маленьким столиком, на котором были прохладительные напитки и фужеры, судя по всему – из золота. Девушки стояли неподалёку, уже одетые в наряды для танцев, причесанные и накрашенные и весело хихикали между собой. Офелия подошла ко мне и спросила:
Волнуешься, Марго?
Да, Офелия. Есть немного. Но это нормально,– улыбнулась я, скрывая внутренний мандраж.
Всё будет хорошо, – Офелия погладила меня по руке, остановив свой взгляд на моей груди. Послышался скрип двери. Вошёл мужчина высокого роста и плотного телосложения, одетый в дорогой костюм и такие же добротные туфли. В руках он теребил чётки. Это был он, мой хозяин и господин. Мужчина поздоровался с девушками и подошёл ко мне. Он пристально
смотрел в мои глаза. Затем он провёл своей большой ладонью по моей щеке и волосам.
А ты красива, Марго. Я Ибрагим. Вот мы сегодня и познакомились с тобой. А сейчас я желаю лицезреть твоё мастерство танца. У тебя великолепное тело и формы.
У Ибрагима были большие, почти чёрного цвета глаза и густые брови, довольно-таки крупный нос, под которым выделялись усы и бородка с проседью. Откуда-то полилась музыка восточного инструмента. Ибрагим опустился в кресло и налил себе в золотой фужер из графина прохладительный напиток. Я и девушки выстроились в полукруг вокруг Ибрагима и принялись двигать бёдрами в такт восточной музыке. Только сейчас я заметила, что за прозрачной ширмой в конце зала трое мужчин в арабской одежде играют на национальных инструментах. Я старалась двигаться как можно правильно и чётко повторять движения за девушками, так как опыта у меня совершенно никакого не было. Хозяин наслаждался нашим танцевальным шоу и буквально поедал нас глазами. Вдруг он жестом поманил меня к себе. Я, танцуя и виляя бёдрами, приблизилась к нему. Я извивалась перед ним, а он погладил меня по груди и ягодицам и, лицезрея моё танцевальное шоу, велел возвращаться на место. Потом он подзывал ещё по очереди остальных девушек, и погладив их прелестные формы, знаком давал им понять возвращаться на свои места. После он поманил к себе Офелию и Агнесс. Проделав с ними те же манипуляции, он усадил их к себе на колени. Одной рукой он принялся ласкать грудь Офелии, вытащив её из лифа, а другой рукой он полез под юбку Агнесс, в ответ на что та послушно раздвинула ноги и закатила глаза, откинув голову на плечо Ибрагима. Офелия артистично улыбалась хозяину и гладила его почти седые волосы. Вдруг Ибрагим взмахом руки велел остановить музыку и дал понять удалиться девушкам и музыкантам. Вероятно, он уже был готов заняться любовью с Агнесс и Офелией и предаться плотским утехам. Но, разумеется, не на публике. Мы молча, одна за другой, вышли из комнаты. Напоследок я краем глаза посмотрела на хозяина и поймала его взгляд на мне. Он также смотрел мне в след в объятиях девушек. Мы вышли и последовали по уже знакомой мне тропинке. Девушки снова оживленно защебетали. Я же молча шла за ними. Ноги слегка болели с непривычки, как от танца, так и от каблуков. Ведь мы танцевали больше часа. Сейчас как только приду к себе, сразу пойду в душ.
Марго, через час обед, – бросила мне австралийка Виктория.
Да, я помню, – улыбнулась я и последовала к себе.
Да, Мириам оказалась права. Для хозяина я лишь украшение, не более того. И спать он со мной не собирается. А ведь я такая горячая и знойная женщина, я бы как никто свела его с ума. Да и самой уже охота, ох как, мужчину! Я поймала своё отражение на зеркальной двери и улыбнулась. О, да, я слегка поправилась, вон как бёдра округлились. Но это вполне нормально. Я же вынуждена была бросить курить, а это ведёт к неизбежной прибавке веса. Кстати, насчёт курить. А сигаретки-то я стырила у Жаклин. Теперь только выбрать нужный момент и насладиться снова табачком.
