— На х*й, я в «Скорую» звоню! — рявкнул Антоха, а я только и могла мотнуть головой. — Да ты отравилась чем-то, не спорь даже.
Будто я сейчас могла. После очередных спазмов нутра навалилась дикая слабость. Приехала бригада, Антоха потребовал, чтобы они меня везли в больницу, наплевав и на мои вялые возражения, и на врачей. Кто же станет всерьез спорить с депутатским сыном.
В приемном покое у меня взяли кровь из вены и из пальца, заставили пописать в баночку, и дежурная врач начала допрашивать про болячки и, само собой, возможность залета. Длинный стоял над душой, и выставить его не удалось ни мне, ни средних лет дамочке доктору.
— Беременность исключена, — поморщившись от того, что он все слышит, ответила я.
— У вас не было половых контактов? — Врач глянула на Антоху, а потом и на меня с «не гони мне» видом.
— У меня диагностировано бесплодие. Глубокое повреждение базального слоя эндометрия. Давно.
— То есть секс у вас был, — словно и не расслышав диагноз-приговор, уточнила собеседница, и я кивнула. Еще как был и что это за секс! — Незащищенный?
— Слушайте, я же говорю, что не могу залететь. Ранний аборт с осложнениями. Без вариантов. Это что-то с желудком.
Длинный как-то странно вздохнул за спиной.
— Девушка, человеческий организм имеет свойство восстанавливаться самым неожиданным образом и преподносить нам сюрпризы. Кровь вы сдали, но давайте-ка сделаем УЗИ, пока ждем ваши анализы, и убедимся, что не имеем дело с внематочной беременностью, и остальные органы посмотрим.
— Ой, да делайте что хотите!
— Когда у вас в последний раз приходили месячные? Они у вас регулярные?
— Нет. И я не слежу. — Я постаралась посчитать, и выходило, что «красные дни» примерно сразу по возвращении из гребаной лесной глуши должны были нагрянуть. Но и раньше бывало, что они у меня неделями запаздывали. Кому до их стабильности дело, уж не мне точно. — Давно.
Мой желудок снова принялся скакать и сжиматься, и Антоха все же не выдержал. Сбледнул, торопливо подсунул мне урну и выскочил из кабинета.
— Ну что же… — Доктор перевела на меня взгляд после долгого рассматривания экрана. — Тревожных симптомов я не вижу.
— А я вам говорила.
В кабинет вошла медсестра и вручила врачу бумажки.
— А тут что у нас? — заглянула та в документы. — Ну как я и предполагала. Роксана, уровень ХГЧ указывает на наличие у вас беременности.
— Нет, — шокированно покачала я головой, ощущая себя оглушенной.
— Не будете оставлять?
— Что?
— Нежеланная?
— Этого не может быть, — прошептала я. — Не может, вы понимаете?
— Однако, факт налицо, Роксана.
— Ошибка. Наверняка это какая-то погрешность, или не знаю что такое…
Почти не соображая, на полном автомате я поднялась с кушетки и принялась суетливо натягивать вещи. Как же так… в смысле… это правда? Может быть ею? И что тогда? Что я буду делать? Как скажу гризли? Надо же говорить… Или нет? Вдруг ему это никуда…
— Роксана, осторожнее, вам, может, легкое успокоительное уколоть? Голова не кружится? Давайте я позову вашего молодого человека.
— Не мой… — пробубнила и вывалилась из кабинета.
— Рокси, что? — метнулся ко мне Антоха, прерывая телефонный разговор с кем-то. — Ты чего ревешь?
Я схватилась за свою щеку — и да, мокрая. Стояла и смотрела на него, рассеянно наблюдая за суетой.
— Обувь где твоя? Да что же ты молчишь-то? Все так херово? Бля, ну скажи ты хоть что-то! Сядь, обую. Доктор, что с ней?
— Я беременна, — выдавила из себя. — Наверное.
— Э-э-эм-м… это хорошо? — заглянул мне в глаза снизу вверх сидевший на корточках Антоха и мотнул головой. — Бля, это не я тут должен быть. Я ни черта не знаю, как реагировать.
И, вскочив, он опять принялся набирать кого-то. Раз, еще один. Пока я пялилась в противоположную стену с бледно-голубым кафелем и просто дышала, позволяя осесть буре в голове. Я беременна. Если это не ошибка. От Яра. Хотя пока и не важно. Сам факт. Я беременна. Не поломанная больше. Нормальная. Если это правда.
— Пап, не ори на меня! — отвлек меня от круговорота мыслей громкий голос Длинного. — Да, я обещал не лезть в это и не лезу. Нет, не вранье. Да, с Рокси. В больнице. Не ори! Я в порядке! Мне Камнев нужен. Не могу дозвониться. Да, срочно. Очень. Нет, не надо нам сюда охрану. Только Камнева, — он помолчал, слушая отца, и кивнул. — Ладно, понял, буду еще набирать его.
— У тебя есть номер Яра? — спросила друга, отчего-то даже не чувствуя настоящего удивления.
— Есть.
— У меня нет. Ничего мне сказать не хочешь? Вы общались за моей спиной? Это как вообще, Длинный?
— Все исключительно по делу, Рокси.
— Вот даже как.
— Не заводись, тебе же теперь нельзя. Все хорошо уже.
Я и не заводилась. Не могла пока. Не по этому уж поводу точно. Все место в душе занимала огроменная новость. Просто мегагигантская. И ее еще переварить не удавалось. Особенно в той странной тишине, что наступила внутри.
— Уже?
— Твой отец согласился отдать тебе все, что полагалось. Ну, после матери и деда. Наследство. Так что насчет денег тебе больше не нужно заморачиваться.
