— Знаешь, за всю свою жизнь, я не припомню ни одного случая, чтобы кто-то действительно спасал мне жизнь. Попытки были… но там, где могли помочь окружающие, реально моей жизни ничего не угрожало, а в случае если опасность была настоящей, спасти меня могла только я сама. Своими собственными руками. Поэтому быть кому-то обязанной жизнью для меня внове… Довольно странное чувство. И мне оно не нравится. Так, что ты получил очень опасного должника, возникший из ниоткуда господин Лисий хвост!
Во время своего монолога, собеседница не отрываясь смотрела мне прямо в глаза, очевидно надеясь увидеть там отголоски эмоций или прочитать еще что-нибудь… мало ли чему она научилась за свою долгую жизнь, может и способна теперь читать мысли по глазам. Вот только, конкретно сейчас ей совершенно точно ничего не обломится. Какие могут быть у меня эмоции или посторонние мысли, когда я изо всех сил держу эту проклятую боль в одной точке? Так что кроме расширенных до предела зрачков, ничего она там не увидит. Никаких эмоций, только отблески пульсирующего пламени. Но мысль нужно вернуть, мое молчание будет выглядеть некрасиво,
— Ты просто привыкла быть сильной. Рядом так и не нашлось человека, который смог бы подставить плечо и немного облегчить твою ношу. Которому ты могла бы пожаловаться на усталость или боль… да просто поплакать на том самом плече. А быть сильной всегда и не иметь даже призрачной надежды укрыться за чьей-то крепкой спиной, для женщины противоестественно… и то странное чувство, которое ты считаешь долгом за спасение жизни… всего лишь надежда. Но ты столько раз уже разочаровывалась в жизни, что стала бояться надеяться. И все, что ты мне сказала, это твой собственный страх… Надежда и страх… смесь достаточно гремучая и тебе придется выбирать, чему именно ты отдашь свое предпочтение, потому что, если ты не выберешь… — придумать сходу, что с ней произойдет при таком раскладе я не смог и сделал многозначительную паузу. И понял, что натворил.
Как всегда, в сумрачном состоянии рассудка, меня потянуло на философию и психоанализ. А лучше бы сидел молча, и как бы это молчание не выглядело со стороны, оно было бы всяко предпочтительнее той ахинеи, что я нагородил… Сейчас она меня с дерьмом смешает и в принципе, будет полностью права. Вот только, что-то мне этот блеск в ее глазах не нравится…
— Да-а-а… чего-чего, а нарваться на сеанс психоанализа я точно не ожидала. Причем настолько точный. Но видишь ли в чем дело. Я слишком долго живу на этом свете и о своих проблемах прекрасно знаю. Так что, бери-ка ты свою крепкую спину, вместе с плакательным плечом и вали обратно в ту вирову дыру откуда вылез! Папуас раскрашенный!
— Чего разлегся? — перешла на крик.
В зал заглянул Тарасов и один из черноформенных, но нарвавшись на безукоризненно построенный, но от этого не менее точно направленный посыл на х…
— Вообще-то жду обещанного тобой доктора. Но если ты настаиваешь, могу и извиниться за то, что полез не в свое дело, хотя… я знаю, что я прав, ты знаешь, что я прав, чего скандал разводить? Разрушать твой образ стойкого оловянного солдатика я не собираюсь и прилюдно рассуждать о слабостях капитана Нган-чит, тоже… то что данная тема тебе неприятна, я уже понял, развивать ее не буду. Думаю, ты уже примерно представляешь, зачем я пришел в этот город, поэтому давай временно забудем всю эту чепуху про долг жизни и поговорим о будущем Кавиенга… да и всего острова.
Тайка прищурилась и в округе шевельнулась чакра… ага, похоже решила продемонстрировать любимый прием Кимуры. Хм… ну что же, поиграть мускулами можно и вдвоем… хотя удивила, очень удивила. Не ожидал, что зона воздействия окажется настолько велика.
Я на секунду запустил Источник на полную мощность и тут же остановил… просто дернул на себя энергию, чтобы показать разницу в силах…
— Госпожа капитан…
— Нари, меня зовут Нари… раз ты так много обо мне знаешь, чего уж расшаркиваться. — собеседница на глазах принимала прежний невозмутимый вид.
— Прекрасная Нари, если мы продолжим любимое мужское занятие и будем
Нган-чит отвернулась в сторону выхода…
