– Если без потопа, то я согласен! А что пьём?
– Шампанское! – подхватила Александра. Она с каждой минутой чувствовала себя увереннее. Зажатость ушла из жестов, и испуг покинул взгляд.
– Это как-то по-гусарски! Я мужик простой и прихвачу из своих запасов виски «Ред лейбл». Айн момент, – Кирилл скрылся в квартире, через минуту вернулся с пакетом, из которого торчали зелёные хвостики ананаса и золотистая бутылочная пробка. – Так, дамы, давайте мне свои пакеты. Я хоть и не гусар, но галантные манеры мне свойственны.
– Иногда! – засмеялась Елизавета.
Пока Александра суетилась на кухне, разогревала в духовке мясо, стелила салфетки и сервировала стол, Серебряков с Елизаветой обустроились в гостиной.
– Вообще, Елизавета Олеговна, ты безответственная барышня! Я звонил тебе сегодня раз пятьдесят!
– Ах, я совсем забыла, аппарат, наверное, разрядился, пока мы зависали в косметическом салоне, – Заболоцкая кинулась в прихожую и вернулась, держа в руках сумочку из которой вынула телефон. – Ну, так и есть! О, боже, сколько пропущенных! Извини, пожалуйста, мама рвала провода, ей надо ответить в первую очередь!
Лиза скрылась в кабинете отца, а Кирилл в ожидании подошёл к окну. Он рассматривал двор, гуляющих с ребятишками мамаш и бабушек. Такую картину он наблюдал каждый день, его окна этажом ниже, показывали точно такой же вид. Неожиданно какая-то деталь показалась странной. Серебряков не мог понять, что именно выпадало из общей гармонии.
«Так, снова, – приказал он себе. – Мамы с колясками, бабушки, няни, дети на качелях и горках. Через шлагбаум заезжают автомобили и спускаются на подземную парковку. В будке знакомый охранник. Он постоянно курит, поэтому много времени проводит на улице. Работники жилищного хозяйства обсаживают тюльпанами и нарциссами клумбу. Рядом ящики с проклюнувшимися луковицами и мешки со специальным грунтом для рассады. Двое на коленях рыхлят землю и резво втыкают цветы в грунт. Третий стоит рядом, в такой же униформе с эмблемой ЖКХ на спине и в бейсболке. И что? – спросил себя Кирилл и кивнул, соглашаясь со своими выводами. – Униформа совсем новая и белые перчатки. Именно, совершенно белые перчатки! Значит, человек не грузил и не разгружал рассаду и землю. Он пришёл и встал рядом. Сверху непонятно, мужчина это или женщина?
– Всё в порядке! – в комнату вернулась Лиза. – Сказала матери, что у меня гости, и шампанское уже шипит и пенится в бокалах!
– Родители ревностно оберегают тебя? – Кирилл отвернулся от окна и улыбнулся. – Даже странно, такая взрослая барышня и под строгим присмотром.
– Ничего странного. Для них я всегда буду маленькой девочкой. Мама считает меня слишком доверчивой и открытой для этого мира. Переубедить их невозможно, я и не пытаюсь. Надеюсь, когда выйду замуж, уровень контроля снизится, они, наверное, вздохнут с облегчением, когда груз ответственности переместится на сильные мужские плечи.
– И есть такие плечи?
– В смысле?
– На которые переместится груз ответственности?
– Да что ты! Когда мне эти плечи искать? Я то на помойке валяюсь, то тексты перевожу! И потом, я ещё не отошла от прежних отношений! Не до новых романов!
«Вот и правильно! Куда торопиться!» – удовлетворённо подумал Серебряков.
В комнату вплыла Александра, неся на подносе бокалы с шампанским:
– Друзья, разогрейтесь перед хорошей закуской!
– Спасибо Шура! – Заболоцкая взяла бокал. – Тебе нужна помощь?
– Нет, всё почти готово, надо только подождать минут пять-десять.
Серебряков подхватил двумя пальцами бокал и снова посмотрел в окно. Двое рабочих продолжали рассаживать луковицы и присыпать землёй, а третий, в чистых перчатках и новом комбинезоне куда-то исчез.
«Ерунда всё это! – подумал про себя Кирилл. – Сам себя накручиваю».
Александра вернулась на кухню, а Серебряков, проводив её взглядом, вынул из заднего кармана брюк телефон, сел на диван и хлопнул ладонью рядом, призывая Лизу присоединиться.
– Сегодня я встретился с охранником, который дежурил на шлагбауме в ту ночь, когда ты исчезла из квартиры. Над будкой у него расположена камера. Я отсмотрел видео, но ни одна подозрительная машина не заезжала, только автовладельцы, проживающие в доме. На пешеходах он внимание не акцентирует, его задача открывать перекладину для водителей с разрешением на въезд. Также поговорил с консьержкой, которая дежурила в ту ночь. Аналогичная песня: посторонние не проникали! Но здесь можно выразить недоверие. Тамара Семёновна женщина далеко не молодая, могла задремать или отойти в туалет. В том, что кто-то без ведома просочился на охраняемую территорию, она ни за что не признается! Консьержка прекрасно понимает, что может потерять работу! Камер наблюдения в подъезде нет! – Кирилл одним глотком осушил бокал и поставил на столик. Он подавил пузырьки, прикрыв рот ладонью и продолжил. – И всё же твои похитители не остались вне поля зрения. Вот смотри, они выводят тебя из лифта в подземный гараж, берут твою машину.
Серебряков включил телефон и протянул женщине. Лиза впилась глазами в бегущие картинки, потом отпрянула.
– Я не знаю этих людей.