— Твоя правда, — он потирает затылок, и широко улыбается. Кента был стандартный такой японец, шатен с карими глазами, в меру накаченный, но то, что он был не чистокровный японец было заметно едва ли, немного выдавала форма глаз и оттенок волос. А так вполне себе приятный на вид и по общению парень, — Но я, честно, не ожидал, что ты будешь такой оторвой!
— Поверь, это ещё цветочки! Минутку, — я смеюсь и достаю свой мобильник, в который я вставила карту памяти ещё с телефона, который у меня был ещё в классе шестом, — Я три месяца ходила в школу, с таким цветом волос. Наш завуч хотела меня побрить на лысо! — я передала телефон парню, где была фотка, где три года назад я ходила по школе с ярко алым цветом волос, а до этого с малиновым и фиолетовым. Всё за один учебный год. Японец тихо проматерился на английском, но я конечно его поняла.
— А почему не побрила? — давясь смехом спрашивает парень, что было вполне ожидаемо.
— Ну был уже май, меня не было смысла лишать волос. У нас учебный год в России идёт с сентября по май, и всё лето каникулы, так что перед началом каникул просить меня под 0.3 стричься была плохая идея, — пояснила я качаясь на стуле, каким-то чудом не переворачиваясь назад.
— Везучие сволочи! — душевно восклицает парень ровно в тот момент, когда мы с моим шефом должны были идти на сцену и предпоследний раз репетировать нашу речь. Первая неделя, как сказал Кент, будет самая адская. Бумаг будет столько, что в пору будет ночевать в школе. А у меня ещё и баскетбольный клуб. Моя голова так и тянулась к живописному косяку стойки на сцене. Но парень всё время ловил меня за шкирку, прежде чем я успевала хотя бы наклонить голову к тумбе. Он желает не сдохнуть мне в первый день учёбы и направляется к школьным воротам, где его скорее всего ждёт Рио. Я по-доброму матерю их. И пытаюсь найти Акаши. Но, он как сквозь землю провалился.
— Вижу вы не плохо ладите, — раздаётся у меня из-за спины. Я даже от неожиданности отскакиваю в сторону, едва не падая со сцены вниз. С моими «метр с кепкой» падение было бы весьма болезненным. А так, Акаши ловит меня ещё до того, как весь центр тяжесть перенёсся в «пропасть».
— В какой-то степени, — сконфуженно отвечаю я, потупив взгляд в пол, словно нашкодивший ребёнок, — Ты ведь не ревнуешь?
— Нет, — холодно чеканит красноволосый и отворачивается от меня. Что?! Мне почудилось? Акаши Сейджуро ревнует? Не думала, что доживу такого момента в моей жизни. Твой по голове, это же просто нереально! Но думаю Акаши будет не в восторге, если узнает о моих наблюдениях.
— Кстати, ты не знаешь, когда возвращается Аоки? — чёрт меня дёрнул спросить. Но если честно, этот вопрос грезил меня либо во время похмельях, после грандиозных попоек с братом, либо в то время, когда я не бродила с Рио по всевозможным клубам на окраинах города.
— Нет, спроси у Ямагучи, это его работа, — его глаза так и намекают на то, что пора бы завязывать с такими вопросами, да и вообще стоит перевести тему в другое русло. А то, сдаётся мне, меня сейчас либо нашинкуют, либо сварят заживо, морально, конечно.
— Прости, — зачем я извиняюсь, сама не пойму, — Ты мне, к слову, когда-то там обещал поиграть на фортепьяно.
— Не припомню такого, — как бы «случайно» замечает он, а я сама не понимаю, как мы медленно начинаем двигаться в сторону главных ворот. — Но я сыграю, но только в моём доме.
— Хорошо, — странная дрожь прошла по телу, когда передо мною открыли дверь дорогой чёрной иномарки S-класса. Ничего другого я конечно не ожидала от наследника огромной корпорации, но всё же. Как по мне, пафос зашкаливает. Мой родители были тоже не из бедных, но нам не было смысла так тратится. Родители постоянно находятся вне дома, а нам подросткам, машина не к чему, только разобьём.
— Как твоя болезнь? — удар в незащищённое бронёй место. Что же, Акаши, мы квиты. РПВ, да? Хочешь честного ответа? Ты его получишь!
— Не знаю, благодаря хорошим попойкам с Рио. — ну или почти честного. На самом деле, просто мне было слишком хорошо, чтобы меня могло что-то задеть. Даже не смотря на то, что под градусом, я как бочка с порохом над огромным костром.
