М-да, суров воевода. И с чего он решил, что я собираюсь развлекаться с его внучкой? Нет, она, конечно, в самом соку, и все при ней, но я ж сюда не за этим приехал. Хотя, кто знает, сколько обучение длиться будет… А, да ну ее. Не больно-то и хотелось. Вон, с таким презрением смотрит, что и подходить не хочется. А плакала, небось, от того, что не добили меня волки. Кстати, о волках.
Сосредоточившись, я мысленно позвал ветер, и каково же было мое удивление, когда он откликнулся!
— Брат, — робкая мысль коснулась меня, и мою голову овеял легкий приятный ветерок.
— Брат, — отозвался я, стараясь вложить в это слово все самое лучшее, что только было в моей жизни. И тут же почувствовал огромную радость ветра, что принялся гулять по комнате, подкидывая вещи и лохматя мне волосы.
— Я помогу, — вновь услышал я, после чего раны стало приятно холодить, и я почувствовал в них зуд заживающей ткани, который, впрочем, быстро прошел.
— Спасибо тебе, — благодарно произнёс я, чувствуя во всем теле необычайную легкость. От ран не осталось и следа, и тело было чистым, будто только что из бани.
— Не за что, брат, — услышал я. — Я всегда рядом, только позови.
Довольно улыбнувшись, я резко встал с постели и принялся искать одежду. Излечившееся тело требовало движения, а еще очень хотелось насладиться видом вытянувшегося от удивление лица Святогора, когда он увидит, что я полностью поправился! Найдя белую рубаху и такие же штаны из легкой ткани, я быстро натянул их на себя и опоясался серым поясом, что лежал тут же. Затем принялся искать обувь. Воспоминания о порезанных ногах были еще слишком живы во мне, чтобы разгуливать без нее по дому. Искомое нашлось под стулом и выглядело как кусок кожи, подбитый по краям ремнем, видимо, чтобы не спадали. Как я узнал позже, их называли поршни. Быстро разобравшись с завязками, я обулся и вышел за дверь. Чтобы почти нос к носу столкнуться с Миланой и еще какой-то девушкой, что стояли недалеко от моей двери и о чем-то ожесточенно шептались, при этом активно размахивая руками.
Увидев, что я вышел, они на мгновенье замерли, после чего Милана накинулась на меня, требуя немедленно вернуться в комнату, потому что вставать мне нельзя, я еще слишком слаб и вообще… Что вообще, она придумать не смогла и ограничилась повторением предыдущих аргументов.
Улыбнувшись ей, я поблагодарил ее за лечение и отметил, что я уже совсем здоров, видимо, это ее слезы оказали на меня чудодейственный эффект. И подмигнув мгновенно зардевшейся девушке, вышел в большую комнату, а оттуда во двор, где уже вовсю горланили мужики, и слышались звуки боя.
Увидев меня, воевода изумленно вскинул брови, но ничего не сказал, лишь жестом предложил мне присесть рядом с ним.
— Что ты видишь, Владислав? — помолчав немного, спросил он меня тихим голосом.
— Что вижу? — задумался я. — Город вижу, людей в нем. Все как всегда, только одежды другие, да говор слегка непривычный. Еще лошадей вижу, но лучше бы их не видеть. У меня печальный опыт общения с ними. Хотя последний раз вроде нормально доехал, но взгляд этого четвероногого убийцы мне точно не понравился. Явно задумал какую-то пакость. А еще нет телевизоров и телефонов, но это скорее плюс, чем минус…
— Ну да, ты видишь только то, что сам хочешь увидеть. Что ж, пришло время для сказок, да? Не мастер я их рассказывать, но все ж попробую.
Посмотри вдаль, юный бог, туда, где клубятся тучи. Именно там находится Мировая гора, с вершины которой видно царство богов. Мы — центр мировой оси, именно у нас бьет источник вечной жизни. Здесь, на острове, хранятся семена всего живого. Тут же сосредоточены могучие силы: весенние грозы, громы, ветры. На Буяне живут самые древние существа — птицы и звери. Например, змей — всем змеям старший, и птица — всем птицам мать. В центре нашего острова лежит камень Алатырь, то есть, всем камням камень. Из-под Алатыря-камня бьют родники живой воды — они воскрешают природу, даруют земле урожаи. Под ним берут начало все реки. Он хранит источники всего сущего на земле, нет в мире ничего тверже этого камня. Недаром на протяжении столетий им запирают все клятвы и заговоры. Здесь сокрыта сила могучая, и силе той конца нет. И именно за этой силой приходят из-за окоема находники, что хотят захватить этот камень и забрать источник вечной жизни на земле.
И мы поставлены тут вечной стражей, дабы охранять его. Ты видишь этих воинов? Они — Рыкари дружины Велесовой. Знаю, изучал ты науку характерников-изначальников у мастера Устаха, что был любимым учеником самого Векши. Но тут иное.
— А почему Рыкари, а не рыцари? Слово такое странное… — спросил я заинтересованно.
