Развернув Вику, я приподнял ее за попку и усадил на себя сверху, так, чтобы она оказалась лицом к лицу с Никой. А у меня перед глазами появилось чудесное зрелище красивой киски девушки, уже истекающей любовным соком. Недолго думая, я впился в нее губами, нежно исследуя языком все потаенные уголки. Стоны, крики, легкое рычание наполнили комнату непередаваемой какофонией звуков. Казалось, каждая часть ее была пронизана похотью. Когда девушки успели поменяться местами, я не заметил. Мои губы и руки скользили по потным от любовной борьбы телам, и мне хотелось раствориться в этом желании. Я ласкал их то нежно, едва касаясь, то до боли сжимая. Темнота прятала лица, но не скрывала очертания тел, которые были переплетены друг с другом. Лишь с первыми лучами солнца, что заглянули к нам в спальню, мы успокоились и мирно заснули, так и не разомкнув объятья…
Эпилог
Слова мужа резали меня, подобно острому клинку. Я понимала его правоту, но, с другой стороны, как же сложно было ее принять! Привычка смотреть на его действия с позиции строгого начальника на этот раз сыграла со мной злую шутку. Я не заметила, как своими поступками стала походить на него. Вот только он осознавал, что иногда поступает неправильно, а я, пока не услышала его сегодняшние обвинения, пронизанные горечью и обидой, этого не понимала. Влад был прав во всем — и это вносило смуту в мою душу.
Уже в конце нашего непростого разговора я почувствовала властный зов Нордрасила, которому не могла противиться. Не решившись сказать об этом Владу, я поспешно вышла на улицу и без раздумий шагнула в открывшийся портал. На поляне, куда я попала, в центре восседал мой бог, окруженный архимагами нашей расы. Преклонив почтительно одно колено, я замерла в ожидании его слов.
Один небрежный жест — и архимаги, окинув меня неприязненными взглядами, с явным нежеланием оставляют нас с Нордрасилом наедине. Уставившись в землю, не смею поднять глаз, но слышу, как бог поднимается и приближается ко мне. Чувствую на себе Его взгляд — добрый, но одновременно и осуждающий. Он видит меня насквозь, от него не спрятать потаенное, ему нельзя солгать.
— Дочь моя, я вижу, что гнетет тебя. Я чувствую твою злость и неуверенность в себе. Но почему у тебя возникли эти чувства, откуда неуверенность в себе и своем избраннике?
— Я не знаю, как это объяснить, — склонила я голову перед ним еще ниже, и из моих глаз против воли покатились слезы. — Я шла за ним, зная, что так будет, но он… Он стал совершенно непредсказуем, делает такое, от чего у меня волосы скоро начнут седеть! Он вечно ходит по краю, он бросается очертя голову в любой бой, он сам, в одиночестве, пытается противостоять Тьме! За ним по пятам всегда следует смерть. И если с тем, что в любой момент её удар, нацеленный в мужа, может прийтись по мне, я уже смирилась, то смотреть, как по самому краю проходят совсем юные девочки, как они едва не погибают от жутких ран, испытывая муки, что и опытный воин не всегда выдержит… Это просто невыносимо!!! И меня пугает, что он не делает ничего, чтобы исправить это. Наоборот, грозится нам еще большими потерями! И против моей воли закрадывается такое ощущение, что ему безразлично — есть мы или нет, живы мы — или погибли, здоровы ли — или истекаем кровью из множества ран.
Я устала каждый раз переживать за него, переживать за других, устала жить в постоянном ожидании его возвращения из очередной авантюры, в его отсутствие решать семейные проблемы, быть невозмутимой и сильной, а потом, когда он изволит ненадолго вспомнить о доме — устала встречать его потухший, ничего не выражающий взгляд!..
— А что ты сделала, чтобы исправить ситуацию? — прозвучал голос моего бога, и был он подобен ушату холодной воды. — И встань уже с колена, мне не нужны земные поклоны. Вот, садись, — указал он рукой на возникший рядом стул. — И подумай, что было тобой сделано, чтобы изменить то, что заставляет тебя чувствовать страх и усталость…
Ты — взрослая по людским меркам эльфийка, пошла следом за юнцом, не достигшим нашей зрелости. Ты думала, он будет таким же, как все знакомые тебе мужчины? Если бы это было так, ты бы до сих пор была одна. Он и привлек тебя своей нестандартностью, своим мышлением, поступками, всем тем, что зрелый муж не сможет тебе дать.
Ты правильно сказала, что он стал плотиной на пути Тьмы. Так почему же вместо того, чтобы стать опорой, поддерживающей и усиливающей его, вы понемногу подтачиваете его? Почему вместо покоя он находит в своем доме лишь упреки и осуждения? Я слышал все, что он говорил сегодня, и видел его сердце. Каждое его слово было для него, точно раскаленный гвоздь, что безжалостно вбивается даже не в тело — в беззащитную душу! Ты не права, дочь моя. В стремлении контролировать его ты утратила контроль за собой. Не можешь или не хочешь быть рядом — отпусти его и будь счастлива.
— И что же мне делать?!! — закричала я с ужасом поняв, что действительно могу потерять Влада. — Я люблю его!!!
