— Каждый сам должен понять, что он считает важным. Не обязательно думать так же, как твои родители, как я или кто-то из твоих друзей.
— Мне кажется, что где-то есть вещи, которые мы пока не можем понять. Мы с тобой смотрели на звезды, когда я только приехал сюда, они казались мне невероятными. Может, среди них есть какая-то важная вещь… Не знаю, как назвать…
— Вполне возможно.
— Дедушка, а тебе не грустно, что мамы больше нет?
— Грустно, но я держусь, и тебе тоже надо держаться. Помни, что она тебя любила, я тоже, пока жив, а когда умру, то все равно не перестану быть твоим дедом. Я люблю тебя, Иван.
— Я тоже тебя люблю, дедушка. Спасибо тебе, что ты рядом.
— Я всегда буду рядом.
Раннее утро. За окном дождь. Иван собирается, ищет бинокль. Владимир надевает резиновые сапоги и прячет сигарету в нагрудный карман. Мальчик торопится и роняет вещи со стола, но не спешит их поднимать. Он суетится. Вдалеке слышен гул машин. Они приехали из города, последние в этом году. Иван крепко сжимает в руках бинокль и бежит, не дожидаясь деда, к остановке, позабыв про зонт, натягивая на голову капюшон куртки. Льет как из ведра. Всю дорогу размыло.
Мальчишка не замечает луж, грязь попадает ему в сапоги и на одежду, но он терпит и не обращает на это никакого внимания. Он пересекает улицу за улицей, оставляя за собой лишь дорожку из следов со звездочками с подошвы. «Разгружай!» — слышен голос за углом. Около остановки стоят две большие машины с раскрытыми кузовами, из которых мужчины достают коробки с продуктами и вещами. Деревенские жители забирают свои посылки и передачи близких, кто-то, наоборот, отправляет что-то в город, беседуя с почтальоном, который курит у ржавой буханки, покрытой грязевыми разводами от колес и до окон. Эта машина напоминала Ивану гроб без обивки, от мысли о котором он поежился. Мальчишка искал глазами то, ради чего он так торопился добраться до остановки. Среди детей, радостно державших в руках новинки из мира сладостей и фастфуд, он заметил силуэт высокой стройной девчонки с высоким хвостиком, державшей в руках маленький сверток. Сердце Ивана заколотилось в груди, тело вмиг стало гореть, а голос и вовсе пропал на мгновение. Это была она, без сомнений. Улита стояла около остановки, ища среди толпы своего друга. Ребята пересеклись взглядами и, просияв от восторга, бросились друг другу навстречу.
— Иван!
— Уля!
Девчонка бросилась в объятия к мальчишке, перепачкав свой красный дождевик в грязи, скатившейся с его куртки. Она обвила его шею руками, держа сверток еще крепче, чем прежде. Улита так радовалась, что слегка подпрыгивала, не в силах устоять на месте. Ребята смеялись и улыбались друг другу, не произнося ни слова. Собравшиеся у станции умилялись и перешептывались, глядя на друзей. Наконец, они отпустили руки друг друга и завели долгожданный разговор.
— Я так ждал тебя, Улита! Сначала я и правда поверил, что ты предала меня и нашу дружбу, уехала навсегда, но теперь я понял, что ошибался.
— Ну ты и дурак, как можно было вообще такое выдумать? Я же не на другую планету улетела. Знаешь, как хорошо в городе?! Там даже есть небольшой океанариум, я столько разных рыб никогда в жизни не видела! Представляешь, они прямо из моря! Там даже была мурена, самая настоящая! На змею похожа нашу, только в воде живет. Меня водили в зоопарк, но там мне не понравилось. Все животные грустные и сидят в вольерах. Особенно печально вел себя бурый медведь с плакатом леса на стене, в наших лесах он свободный хозяин! Знаешь, Ваня, я же узнала, что ты заинтересовался животными! Здорово! Я так рада, что ты нашел увлечение! Вот, это специально для тебя из большущего книжного. Я сама ее купила, собирала деньги со школьных обедов.
С этими словами девочка протянула сверток Ивану. Он аккуратно взял его в руки и начал разворачивать бумажную упаковку, перевязанную ленточкой с листьями. Мальчик на всякий случай забрался под навес остановки, чтобы не намочить сокровище. Под упаковкой скрывалась книжка в мягкой обложке «Эти гениальные птицы» авторства Дженнифер Акерман. На ней была изображена синица, заглядывающая в бутылку с молоком.
— Какая красивая книжка, еще и обложка приятная. Спасибо большое, Уля!
— Рада, что понравилась. Говорят, очень интересная. Напиши, как прочитаешь.
— Обязательно! Только вот письма тут не доставят зимой, машины не проедут… Дедушка говорит, что мобильная связь есть только в соседней деревне, а она далеко. Так что общаться будет сложновато.
— Ничего. Зиму переживем, а потом снова почта приедет, ты, главное, приготовь письма! Я обязательно буду твои читать.
— Договорились.
Под навес зашел и Владимир, неспешно шедший из лачужки. С собой он взял два зонта, один — большой на ножке, другой поменьше, с цветами, когда-то принадлежавший его дочери.
— Привет, Улита. Как дела? Как доехали? Как родители?
