– Среди людей раз в сорок – пятьдесят лет рождается целая плеяда детей с огромными задатками к магии. Считается, что это единокровные потомки первых белых магов. Хотя в королевском роду, ведущем происхождение от самого Эй-джей-Дая, таких не было. Так вот эти дети сразу обращают на себя внимание. Они читают мысли, двигают предметы, подчиняют землю, воды, огонь и воздух своим желаниям. Я думаю, легенда о родстве – это выдумка. Первое поколение белых магов само отыскало таких детей. Когда ситуация прояснилась, стали ясны закономерности такого рождения, их преемники установили в недавно созданной Империи Солнца свою религию, культ Велеса, творца по североэрафийски. Также они дали церкви вооруженный контрольный орган – орден Фавела. Белые смотрят на Эрафию как на поле, которое раз в полвека дает всходы. Среди волшебных детей были не только люди, но и эльфы и минойцы, однако белые маги этого не афишируют. Вживую их почти никто не видел, судят лишь по картинам, портретам и изразцам в храмах. В действительности это разные люди, носящие одни и те же имена, как связующую нить прошлого с будущим.
– Но для чего тогда страх кары, ведь они могли контролировать рождение детей?
– Нет, не могли. Когда людей было пятьсот – семьсот тысяч, еще пытались, но теперь их почти сто миллионов. Постоянно растущее число среди других обитателей этого мира. Без ордена, без страха, они потеряли бы этих детей, и связующая нить бы прервалась. Кроме того, открытость процесса могла быть использована нойонами. У них есть пророчество, что если избранные дети перестанут рождаться, это знак грядущей победы темных сил, и им стоит спешить. Но подобного не случалось…
– А что случалось? Неужели их система не давала сбоев?
– Если бы не давала, ни тебя, ни меня бы не было. Шесть веков назад, во вторую войну стихий, увидев, что в методах принуждения между Арагоном и нойонами почти нет разницы, тогдашний глава ордена Храма скрылся от белых – вместе с группой одаренных детей.
– Рез-зави?
– Да, его звали Рез-зави, он уплыл на далекий пустынный остров в западном море. В тот раз нойонам сопутствовала удача, они дотла сожгли столицу старой Эрафии Эф-Полар, и следы главы ордена затерялись. В Белом Круге полагали, что мастер и дети погибли.
– Но на деле они выжили! Рез-зави – первый сумеречный, основатель нашего государства!
– Все так, у него появились последователи – люди, спасавшиеся от войны. Особенно чародеи, не желавшие вставать ни на одну из сторон, они устремились на Зейлот, и когда две империи обескровили друг друга в бессмысленной и иступленной схватке, они уже не могли задушить этот росток нового мира…
– Да, но мы все это потеряли! Все подвиги, жизнь эпических героев – все потеряли такие, как я! – Синкат грустно уставился на дно серебряного бокала.
– Нет, это было неизбежно. Стечение обстоятельств. У людей есть поговорка: гордыня предшествует падению. Именно такого уровня достигла наша гордыня, вернее, тех, кто стал править Зейлотом тридцать лет назад.
– Имеешь в виду отца? – в голосе Синката уже не было прежнего гнева.
– Не его одного. Дас, Мал
– Кстати, что с Малегиром, он жив?
– Он арестован арагонцами и заточен в ледяную башню Валтары…
– Но это лучше, чем умереть…
– Едва ли. Ты когда-нибудь слышал о
– Нет, первый раз слышу.
– Что же, – Аджит тяжело вздохнул, – еще не раз услышишь. Ты знаешь, что нам позволяло выживать в течение многих столетий? Как нам удавалось пережить еще одно столкновение между магами и нойонами?
– Дипломатия?
– Верно, мы всегда были нейтральны, и напади на нас какая-либо из империй, мы бы тут же перешли на сторону другой. Это было гарантом неприкосновенности, и много лет невоенного положения, поощрения внутренней свободы, на грани с вседозволенностью для отдельных лиц, сделали свое черное дело… развратили наше руководство, возвели гордыню, тщеславие в ранг добродетели. Помнишь, у нас был открытый закон о бессмертии: хочешь, принимай Стаах, хочешь – нет. Скажи стоп и умри. Твой отец Гуннар был бессмертен, твоя мать нет, но у тебя все от человека. Нет ни рогов, ни копыт минойца. Это чудо, а просто так, Синкат, чудес не бывает! Я сбился, о чем это я… а, о нашем острове. Так что ты слышал о причинах его гибели?
– Говорили о взрыве главного концентратора. Моандор намекал, что это дело рук арагонцев, из-за того что вожди под руководством отца пошли на слишком большое сближение с нойонами. Дас придерживался того же мнения…
У Синката кольнуло в груди – верно, Дас из-за этого и начал расследование сам и погиб.
– Ты прав, этот взрыв и таинственная гибель посла связаны между собой. Так ты точно никогда не слышал о тероморфе?
– Нет, расскажите, что это?
