Файд сказал негромко, остальным двоим:
- Выведите его на палубу и расстреляйте.
Его подняли, поставили на ноги. Похоже, ждали ее слова, но она отмалчивалась. Подтолкнули к выходу. А он хотел знать кое-что еще. Глупо.
- Твое имя...
Заметно удивилась:
- Вы, правда, любопытный. Наоми Вартан.
- Наоми Вартан. Выслушай, прежде чем уйду. Ты ошибаешься или лукавишь, отказываясь судить. Ведь ты же приговорила Тир. И я ошибся, сказав, что не имею последователя. Моя миссия закончена. Я - только предтеча и теперь ты уничтожаешь меня. Потому что Великий чистильщик мира - это ты. Прощай.
Отвернулся гордо, успев заметить, как потрясли ее его слова.
За кормой маячил похожий на белое облачко у горизонта конус Тирхольма.
- Денис гарантирует, что мы дойдем до Ганы. Понимаете, после спуска на воду корабль не прошел в должном объеме ходовые испытания...
- Не понимаю, Файд! Никогда больше не терзайте меня техническими подробностями. Мы идем в Гану, затем в Норденк. Это возможно? Да или нет? Говорить правду мне - безопасно. Я еще никого за это не убила.
- Экономичным ходом - да. До Ганы.
- Опять? Как сказать по-человечески?
- На треть меньше максимального. Отсюда поправьте все сроки.
Мрачно отметила, что Файд абсолютно прав. Настроение было отвратительное. Утром, одеваясь, глянула на себя в зеркало: краше в гроб кладут.
- Согласна, Файд. И измените распорядок боевых дежурств, чтобы дать больше отдыха экипажу. В ближайшие двое суток угроз нам не видно.
- Да. Разрозненные остатки флота чистильщиков без Тойво Тона - ничто. Им уже не подняться... Скажите, Наоми...
- Я слушаю.
- Мне показалось: вы готовы были его пощадить? Извините, пожалуйста, но все же вы - женщина... Он произвел на вас впечатление?
- Он... Файд, я не до конца в себе разобралась. Смотрю на него, как на человека, почти гениального. Даже без "почти". Для него оказалось лучше умереть. С таким талантом невозможно жить - настолько он велик и зловреден. Но, рада, что не я решила его судьбу. Малодушна, да?
Вздохнула, вбирая в себя утреннюю чистоту и свежесть. Очиститься, освободиться от кошмара последних суток. Подняла голову, и лицо ее исказилось.
- Мы забыли... Да уберите же, наконец, эту гадость!
Хвост из тринадцати черных лент - вымпел чистильщиков полоскался на утреннем ветру.
Четыре шага от двери, поворот, четыре шага... Стены каюты смыкаются вокруг, душат. Издали победа над Тиром выглядела красочным фейерверком на черном бархате неба. И больше ничего. Спокойно спи, призраки не придут в твой сон.
Спокойно? Жуткие язвы ожогов на спине Тойво, его сузившиеся до размеров булавочной головки черные точки зрачков. "Жена и двое сыновей". Были дети Тойво Тона взрослыми? Скорее нет. Что-то дрогнуло в нем, когда о них говорил. Израненный, обессиленный, потерявший все, стал человеком-торпедой. Последний удар его воли и мужества не достиг цели и Тойво со спокойным достоинством принял смерть.
Сможет ли она держаться так же, когда придет ее час? И так же оправдаться перед собой, как удалось ему? Потянулась к переговорнику, позвала:
- Файд!
Когда он пришел, отвела взгляд.
- Можете не пить со мной, вам не ко времени. Просто пригубите. И посидите рядом.
Она говорила что-то еще, изливая свои ужас и боль, пока алкоголь не взял верх. Слабое утешение. Ни одна проблема наутро не исчезнет, все останется в том же виде и придется решать заново. Файд осторожно уложил ее на постель, снял с ног сапожки, она еще уловила это, погружаясь в туман опьянения. Уже не видела, не сознавала в забытьи, что он все еще рядом, тихо гладит ее пушистые темные волосы. Когда она задышала ровно, он встал и ушел.
И была ночь, и было утро. И ясное небо дня с белыми островами облаков. Недалеко, невидимый за горизонтом, лежал берег с его селами и деревнями. Все чаще встречались в море лодки, и рыбаки испуганно провожали взглядом низкий грозный силуэт неторопливо идущего корабля.
И сменялись дни красочными декорациями закатов вокруг "Громовержца" и весть бежала впереди него.
Сквозь опущенные шторы палату Арни наполнял рассеянный свет полудня... Шеф заметно исхудал, но глядел бодро: в глазах злость, зубы наготове. Левую руку заложил за голову, правая в повязке, лежала свободно.
- Сделали разрез - выпустить всякую дрянь, - он скривился, - Ты даже не представляешь, что эти говнюки потом сотворили...
Я перебил.
- Проверенный метод лечения, Наоми. Личинки падальной мухи промывают в дезинфицирующем растворе и сажают на марлю, которой покрывают открытую рану. Сверху - повязка. Через сутки меняют. Гной и омертвелые ткани вычищает абсолютно. Вам спасли руку, Арни.
- Зверски чешется, - пожаловался, - Ты, Рон, умеешь обыденно излагать самые отвратные вещи.
Наоми отнеслась ко всему спокойно.
- Остроумный способ. Заживление должно быть очень быстрым.
- Он известен вам?
- Слышала где-то, - небрежно пожала плечами.
