Со стороны Тира нарастала канонада. Вокруг «Громовержца», а он уже ушел вперед, вырастали и тут же опадали миниатюрные издали, столбики воды. Тойво скрипнул зубами: этому зверю все нипочем. Нет в Тире подходящего калибра на эту броню. Ни у кого нет. Он со злорадством вспомнил Вагу. Вот кому пришлось стирать штаны.
«Громовержец» открыл огонь. Тойво видел впереди Тир, город невелик, но прекрасен — его город. Над пристанью взметнулись султаны огня и дыма, донесся отдаленный грохот. Огненные пчелы вылетали с борта атакующего корабля и жалили город. Солнце село и в сумерках отчетливо виднелись несколько больших пожаров. И методично работал главный калибр — башенные орудия «Громовержца». Городские здания при попадании снарядов словно взрывались изнутри. Когда же наступит ночь?
Артиллеристы Тира прекратили огонь, чтобы не демаскировать свои батареи вспышками выстрелов. Пуски ракет с «Громовержца» стали реже, возможно его канониры уже испытывали трудности с прицеливанием. Зато палубные орудия его стали беспорядочно засыпать Тир по навесным траекториям зажигательными снарядами. Горящими метеорами падали они на город. Резкий сухой удар выстрела, свист, в темнеющем небе разгорается несущий адскую жару цветок.
Тойво мчался по улице, перепрыгивая через лежащие трупы и обломки зданий. Ночь пришла, но не укрыла обреченный город своим спасительным черным покрывалом. Светло было, как при полной Обо. Сильный пожар занимался на восточной окраине Тира. Из горла Тойво вырвалось рычание.
Озарилось. Ударило. Тойво бросился наземь как раз вовремя. Взрывной волной снесло верхний деревянный этаж дома напротив. Крутящийся в воздухе обломок доски вонзился в землю рядом с его головой. Тойво напрягся, хотел вскочить. И вдруг ночь превратилась в день.
Он ничего не слышал. Мог только видеть. Далеко. Здания впереди бесследно исчезли. И там, где раньше стояли артиллерийские склады, вспухали кроваво-дымные клубы. Конец. Снесено полгорода, не меньше. Тойво поднялся и направился, равнодушный к жизни и смерти, туда, где был его дом.
Остался фундамент и части двух смежных стен первого этажа. В развалинах кипело пламя, не подойти. Жаром стягивало кожу лица, потрескивали, готовые вспыхнуть, волосы. Дани, Ян, Урсула. Память. Зачеркнуть. Но есть еще долг, который следует уплатить.
Он беспрепятственно вернулся в порт. Обстрел прекратился, видно на «Громовержце» с полным основанием сочли свои цели достигнутыми. Пробираясь к бункеру, Тойво встретил лишь одного уцелевшего. Человек брел, придерживая висевшую, как плеть, руку. Издали увидел еще двоих, бегущих. На мертвых не обращал внимания, поглощенный одной единственной мыслью.
Бункер не пострадал. Выстроенный в стороне от гавани, перекрытый сверху трехметровым слоем камня и земли. Вход тщательно замаскирован, на стальной двери сейфовый цифровой замок.
1366613666
Все в порядке. Тускло светятся стены, он подождал, пока привыкнут глаза. Впереди плещется вода, полукруглый зев тоннеля жадно открыт. На стапеле застыло черное сигарообразное тело — таких торпед у него имелось две, но год назад пришлось потратить одну на «Дракона». Хороший флагман был у Ваги. Они так и не поняли, что произошло. Еще бы, два центнера взрывчатки. Железный корпус «Громовержца» лопнет, как гнилой орех. Наверняка сдетонирует боезапас. И те, кто разрушил его город, исчезнут во вспышке адского пламени. Тойво жалел лишь о том, что они не успеют осознать свою смерть.
Проскользнул в узкий люк, лег на место пилота. Вот уж не думал, что самому придется. Тщательно завернул болты — герметизация должна быть полной. Манометр. Перископ. Осторожно надавил ногой педаль подачи воздуха. Легкая дрожь — бурлит вода в хвостовой части торпеды. Легкое движение рук, картинка в окулярах перископа медленно повернулась. Вход в тоннель. Вперед.
Торпеду плавно качнуло на волне, когда короткий тоннель остался позади. Перископ выше. Зарево Тира. Поворот. Море. Звезды. Темный силуэт. Малый ход. Волна небольшая. Прибавить мощности и станет легче держать курс. Вдавил педаль до отказа, давая сжатому воздуху свободу раскручивать винт. Силуэт «Громовержца» — в перекрестьи прицела. Осталось не больше минуты. Он не мог видеть свою торпеду со стороны, но знал, что идет точно в цель.
Тир смотрел множеством огненных глаз из пропитанной густым запахом гари ночи. Пожары будут бушевать, пока не оставят после себя жирную черную копоть на дымящейся земле. Такова участь многих городов, чьим строительным материалом является в основном дерево.
— Уйдите с палубы, Наоми! Неровен час…
Поняла Файда с полуслова, махнула рукой.
— Нет, уже все…
Она ощущала себя, корабль и экипаж единым целым. И горящий город, и бледную Минну высоко в небе. И, разворачивающийся ей навстречу по темному зеркалу моря, идеально прямой фосфоресцирующий след. Сердце зацепил тонкий невидимый коготь.
