Вечерело. Хозяйку знобило от усталости и нервного перенапряжения, и она запахнула плащ. Охрана неслышно ступала вслед повелительнице, молодцы, знают свое дело. Рядом, а как будто их нет. Все обработаны так, что способны исполнять свой долг, не замечая очевидного. Чего не скажешь о Валентине.
Сойдя по каменной лесенке на узкую полосу галечного пляжа, присела на корточки у кромки слабо шевелящейся воды. Ветер дул с берега и волны не было. Задумчиво подобрала плоский камешек, запустила в воду. Прыг, скок, прыг… И разошлись по гладкой воде круги.
На душе стало легче от внутреннего отказа от борьбы, пусть временного. Подняла руку, шевельнула пальцами. Валентин заторопился к ней.
– Связь готова!
Хозяйка помедлила.
– Валентин… Если подпишу унизительный мир, который больно ударит по самолюбию граждан Острова?…
– Перестанут гибнуть люди. Ваше решение поймут.
– А… прикажу сражаться?
– Будем сражаться.
– До конца? До последнего человека? Не усомнитесь во мне, как Деверо?
– Мы преданы вам, ваше высочество.
– А потом… Нет, стреляться боюсь, больно. Я отравлюсь, Валентин. Историки напишут: был такой сумасшедший народ и его сумасшедшая королева. Ладно, давайте связь. Буду пресмыкаться перед Деверо.
Валентин открыл кейс, подал Хозяйке телефонную трубку. Тонкий провод, хищно изогнувшись, повис в воздухе…
Хозяйка вернула трубку Валентину, и он споро упаковал свое хозяйство.
– Деверо сказал, что со мной приятно разговаривать.
– Он думает идти нам на выручку?
– Военная обстановка не благоприятствует. Скушали, Валентин?
Она со вздохом поднялась на ноги.
– Валентин, вы знаете, сколько мне лет?
– Да.
– Не пугает?
– Что вы!
– И вы меня не боитесь? Вам никогда не хотелось осенить себя знамением, сотворить молитву? Припасти серебряную пулю или осиновый кол для старой, развратной ведьмы?
– Ваше высочество… Я не встречал никого чище и благороднее вас.
– Пойдемте Валентин. Подайте мне руку, вот так. Не наказываю за лесть, потому что, и это самое смешное, вы – искренни.
– Я не звала вас, Астер! – Нина не скрыла раздражения. – И что за свору вы с собой притащили?!
– Звали. А раз вы отослали охрану, то я позаботился о замене. – Астер миновал прихожую, не заметив, как Нина старалась заступить ему дорогу. Уселся на ее постель и тоже без приглашения.
– Вы часто ведете себя так, будто я в чем-то виноват перед вами, – он разминал в руках сигарету.
– Курите, – разрешила Нина, уступая его бесцеремонности. – Делайте, что хотите. Вы в моем доме хозяин. Вам принести тапочки?
– Я сейчас же ухожу, – сказал Астер. – Вам понравилась ваша новая жизнь. Без цели и смысла.
– Да, – с нажимом отвечала Нина. – Да, чтоб вас разорвало. Да! Смысл жизни – в ней самой. Оставьте меня в покое!
– Покой нам только сниться, – Астер не изменил мерзкой привычке говорить афоризмами. – А времечко близко горячее. Приятного отдыха.
Он встал и неторопливо направился к выходу, а Нина с трудом удержалась, чтобы не засеменить следом. Сказала жалобно:
– Почему вы такой злой? Хотите, соблазню вас? Когда-то вы сильно меня вожделели.
– Со мной ничего такого не было, – ответил Астер. – Упомянутые вами интимные чувства зародились в известное время при известных обстоятельствах, которые никогда не повторятся. Кстати, мне тоже очень жаль.
Он задержался на пороге:
– Я не попрекну вас за перемену решения. Но определяйтесь же! Голову в песок не прячьте. Избегнете выбора сейчас, сделаете хуже. Повторю: воля – ваша.
Нина подошла к нему, осторожно провела ладонью по его гладко выбритой щеке. Прошептала:
– Молодой. Интересный. И что же?.. Что это мне дает? Исполнилась мечта идиотки…
Постепенно она успокоилась, приняла вид отрешенно-безмятежный.
– Отправлю несколько писем. Подождете?
– Конечно.
– Дайте мне один день. Жду знакомую, хочу проститься.
– Если она вам дорога, возьмите ее с собой, – укоризненно покачал головой Астер. – Или останьтесь с ней…
Он не удосужился проверить, кому она послала весть, и Нина весь день лелеяла надежду, что подруга из ОСС объявится и каким-то образом сломает неумолимый ход событий. А Полина так и не подала вестей. Астер любезно подсадил Нину в авто, она к тому времени замкнулась в себе, внешне сохраняя завидное хладнокровие. Чуть заметно показала язык своему отражению в зеркале заднего вида.
…Мерзко вспоминать о том, как была растеряна и слаба. Но пока что она жива! Как жива и Хозяйка, упорно не желающая упустить власть над Островом. Кому из двоих встречать завтрашний день?
