Я торопливо раздумывал. Даже если застрелю его сейчас, оставшихся только разъярит смерть вожака. Безвыходное положение.
– Да, я здесь!
Наоми появилась из-за моей спины и, спустившись по крыльцу на пару ступеней, остановилась перед толпой. Подпоясанная тесьмой длинная мужская рубаха составляла все ее одеяние. Да еще синий шейный платок, который она неторопливо развязала и бросила у ног. На ее горле виднелся глубокий след петли.
– Когда я умерла вчера, – голос ее зазвучал среди утренней тишины, – темнота, вначале окружившая меня, разошлась ослепительным светом. И я увидела себя на берегу Виолы. За моей спиной высился огромный город – невероятной высоты дома, прямые улицы, блеск стеклянных окон – таким станет Вагнок в будущем. А впереди поднимался к небу широкий мост. Он вел не к другому берегу, а в бесконечную даль, все выше и выше и пропадал в свете сумерек, таких как сейчас.
Я шагнула вперед, готовая пересечь последний рубеж между жизнью и смертью и тут увидела, что у начала моста, преграждая мне путь, стоит человек. Очень невысокий для мужчины, с невыразительным лицом, на котором заметнее всего были каштановые усики.
– Вернись обратно! – он говорил непреклонно, голос его западал в душу. – Вернись, ты не исполнила предназначения.
– Мне нечего делать там больше, – возразила я. – Я пренебрегла ненавистью врагов и любовью друзей. Первые меня победили, а вторых не осталось. Впусти меня.
– Прочь! – человек вытянул руку мне навстречу, и меня оттолкнула неодолимая сила. Я ощутила вдруг боль, вначале слабую, потом все сильнее и сильнее. Мост с его стражем стал отдаляться, пропадая в тумане, вокруг меня опять смыкалась темнота…
Свет больно ударил в глаза, я зажмурилась, снова открыла их: доктор Гаяр колдовал надо мной, и я была жива.
Чистильщик отшатнулся.
– Ты видела Тойво!?
– Да, это был Тойво Тон. Ваш вождь, завещавший мне свою силу.
Наоми шагнула еще на ступеньку ниже.
– Вот стою я перед тобой. Стреляй в меня!
Сухорукий выронил карабин, глухо загремевший на деревянных ступенях.
– Наследница… Наследница Тойво? Так скажи, когда взойдет заря над Миром?
Наоми выбросила вперед руку в своем любимом приветственном жесте, только ладонь была сжата в кулак.
– Взойдет лишь та заря, к которой мы пробудимся сами. Так восстаньте люди и идите за мной!
Толпу как громом ударило. Кто-то и вовсе повалился в экстазе на колени. Даже у меня стучали зубы от непонятного волнения. Никогда не встречал я и не слышал Тойво Тона, но твердо знал, что не только жесты, но и глуховатые нотки в голосе Наоми в точности копируют манеры Великого чистильщика.
Главарь бережно дотронулся ладонью до щеки Наоми, левая его рука продолжала безжизненно висеть вдоль тела. Наоми в ответ обняла чистильщика за плечи, он заметно вздрогнул. Потом нагнулся, подобрал свой карабин и повернулся к товарищам.
– Слышали все? Видели все?
– Все… – эхом отозвались голоса.
– Тойво жив! Он жив в ней!
Каждый поднял над головой свое оружие в знак согласия.
– Как зовут тебя, друг мой? – спросила Наоми старика.
– Гордей. Приказывай, мы ждем.
– В этот квартал путь закрыть всем. С докладом ко мне можешь входить только ты или тот, кого представишь мне лично. Вы хорошо знаете свое дело – так делайте. И скажите всем: миссия Тойво живет. И ты придешь ко мне вечером за час до заката. А сейчас мне нужно подумать.
Наоми небрежно и властно взмахнула рукой в прощальном приветствии и легко взбежала по ступеням. Я поспешил за ней. Нас встретили Пини и двое мужчин с иглометами наготове. Они все это время, невидимые в темноте, держали собеседника Наоми и нескольких ближайших чистильщиков на мушке. Ко мне вернулся дар речи:
– Кажется, пока пронесло. Вы великая актриса, Наоми. Но… все же… Дальше – опять за свое?
– А что делать? – устало возразила она. – Я больше не боюсь смерти. Но и вторично умереть не спешу. Как и вы. Так, Пини?
Наоми говорила правду. Только что она спасла не одну свою жизнь, но и наши тоже. От того, сохранит ли она так внезапно обретенную власть над горсткой чистильщиков, зависело будущее.
– Теперь держите меня. Сейчас упаду.
Дрожа, тяжело оперлась о мою и Пини, вовремя поданные руки. Тело ее под рубашкой было мокро от пота.
– Встаю – вас нет. Выглядываю в коридор: молодой послушник, юноша бледный, зевающий громко – до ветру тащится. Меня увидел – остолбенел. Подошла, голая: «Отдавай шмотку, во имя Девы!» И вышла к народу. Да, штаны я ему оставила…
– Лежите теперь смирно! – прикрикнул я на нее. – Не осложняйте мне задачу по постановке вас на ноги. Учтите: ближайшие дни будете еще слабы. Лучше сочиняйте и дальше трогательные тексты – вдруг еще пригодятся. Ваша сказка про призрак Тойво Тона слегка потрясла и меня.
– Нет, – Наоми послушно улеглась обратно. – На самом деле я ничего не помню с минуты, как меня вывели из камеры. Очнулась и не скоро сообразила, что Пини и вы спасли меня во второй раз.
Я непонимающе уставился на нее, а она обратилась к своей верной подружке:
