Зал уже наполовину опустел; придворные начали выходить вслед за принцами. Неясные фигуры охранников в коричневых мундирах появлялись из боковой двери и строились в боевой порядок.
— Куда ты клонишь? — резко спросил Азак.
— Наш договор, радость моя, разве ты забыл? Наш союз против Олибино.
У Инос перехватило дыхание.
Ощущение было такое же, как если прищемить дверью палец. Слепящая боль и одновременно — оглушительный вопль несправедливости. Внутренний голос кричал во всю мочь: Боги не должны были допускать, чтобы это произошло! Неужели Азак только этого и добивался от колдуньи? Неужели ради этого он пресмыкался перед ней всю прошлую неделю? И какую награду он получил за верную службу? Освобождение от заклятия и возможность жениться на Инос — да, но это не главное! Он заключил тайный союз для будущей войны против Империи! Внезапно Инос представила себя в роли какого-то довеска, незначительной прибавки к товару, который купец добавляет в общую кучу, чтобы сделка успешно завершилась. Никчемная покупка в красивой корзиночке. Азак, что ты ей обещал? Что у тебя на уме?
Предатель!
Рэп все еще пытался доказать, что он всего лишь адепт.
— Ну ладно, я согласна, что ты вряд ли колдун, — заключила Раша. — У чародеев тоже есть предел щедрости. Но ты, безусловно, слишком силен, чтобы быть простым адептом. Одним словом — маг.
— Хочешь заменить им Элкараса? — спросил Азак, спускаясь со ступеней и подходя к Раше.
Все это время Рэп потихоньку пятился, а Раша медленно пододвигалась к нему. Последние гости просачивались в дверь, оставив за собой поле опустевших кресел, похожих на пни вырубленного леса.
— Это не исключено. Очевидно, эльф стал противником колдуна Востока, как я и предсказывала. Дело Олибино проиграно, а эльфы презирают проигравших. Кроме того, я думаю, что этот фавн послан ко мне для защиты.
— Для защиты? — хором воскликнули Рэп и Азак. Инос шагнула вперед, но Кэйд потянула ее обратно.
— Не надо, дорогая! — шепнула она.
Разумеется, тетка была права. Просить Рашу за Рэпа было бы чудовищной ошибкой. Раша не одобряла, когда женщины испытывают теплые чувства к мужчинам, любым мужчинам.
— Для защиты! Олибино грозился околдовать меня. Литриан предлагает мне способ защитить себя, понятно? Этот подарок — фавн — может оказаться весьма полезным. И он начнет приносить пользу прямо сейчас, сказав мне одно из своих слов.
— Нет! — закричал Рэп.
— По-видимому, все-таки да.
— Четыре слова — это предел!
— Неужели? Если твои слова дают тебе такую мудрость, то ты точно маг! А если нет, кто тебе это сказал?
Рэп издал какой-то невнятный звук, но ничего не ответил.
— Я не верю, что это предел! — сказала Раша. — По крайней мере, стоит попробовать, даже если я ничего и не приобрету.
— Твои чары не смогут выбить из меня мои слова! Раша усмехнулась.
— Да ну?
Он закричал, сложился пополам и тяжело рухнул на пол. Ноги Инос сами собой пошли вперед, но Кэйд крепко схватила ее за руку. В тот день, когда они прибыли в Араккаран, Раша точно так же истязала Азака.
Рэп корчился в судорогах, метался, как будто каждый его мускул разрывали спазмы. Он больше не кричал, а только хрипел, и от этого зрелище становилось еще ужаснее. Инос почувствовала подступающую тошноту и попыталась отвернуться, но не смогла. Она сжала зубы в отчаянной попытке не закричать. Просить колдунью — это было бы еще хуже, чем просить Азака. Рэп! Я не могу тебе помочь! Что бы я ни сделала, будет только хуже!
Наконец хрипящее существо на полу замерло и затихло. Инос не знала, умер он или потерял сознание.
— Ну что, достаточно? — нежно поинтересовалась Раша. — Хочешь передохнуть?
Спустя мгновение Рэп приподнялся, опираясь на ладони и бедро. Его лицо было смертельно бледным, и он глядел на колдунью безумным взглядом. По-видимому, он прокусил себе язык, потому что рот его был в крови. Он что-то произнес, но настолько неразборчиво, что Инос не поняла ни слова. К тому же это был весьма изысканный корабельный жаргон. Но смысл сказанного был очевиден.
Раша засмеялась.
— Очень хорошо! Но сколько ты продержишься, фавн? — Ее голос струился в полутьме, словно густой ядовитый сироп. — Час? Неделю? Всю жизнь?
И снова в ответ Рэп произнес что-то непристойное.
— Значит, ты уже готов? Хочешь еще немного помучиться? — спросила Раша.
Колдунья, по-видимому, вылечила ему язык, потому что на этот раз ответ Рэпа прозвучал разборчиво, хоть и не был менее непристойным. С огромным трудом он поднялся на ноги. Секунду он стоял покачиваясь, а потом бросился вперед, словно хотел напасть на колдунью и задушить ее. Сделав два шага, он остановился, сверкая глазами, но Инос не знала, сам ли он передумал или Раша остановила его. Откуда ему было знать, что храбрость и вызов были наихудшим из всех возможных ответов на издевательства колдуньи?
Выражение удовольствия на лице Раши было заметно даже сквозь вуаль.
