Уязвленный сэр Джеральд отступил на шаг:
– Ваша милость! Они убили сотни ваших горожан! А в глазах многих, ваша милость, галлейцы действуют от вашего имени!
– Ну вот видите! – сказал де Рохан.
– От моего имени? – уточнил король.
– Ваша милость, вы призвали их сюда. Вы должны их отослать. – Сэр Джеральд переступил на месте и оперся на трость. Культя болела.
– А как насчет королевы? – осторожно поинтересовался де Рохан.
Сэр Джеральд втянул воздух и посмотрел на мистрис Анну.
Та снова присела:
– Ваша милость, мы пришли говорить с вами, а не с этим созданием.
Король нетерпеливо вскрикнул:
– Женщина! Прах тебя побери! Это не «создание», а галлейский лорд, один из моих министров! Извольте обращаться к нему с уважением.
Мистрис Анна отступила. Де Рохан позволил себе улыбнуться:
– Так что насчет королевы, мастер Рэндом?
– Ваша милость, не могли бы вы приказать галлейскому лорду обращаться ко мне подобающим образом?
– Простите за недосмотр, сэр. – Де Рохан пожал плечами.
– Сэр Джеральд. – Рэндом смотрел ему в глаза.
– Как скажете.
– Вернитесь к теме! – велел король.
– Что же с королевой? – в третий раз спросил де Рохан. – Что думает народ о ее аресте?
Сэр Джеральд обменялся взглядами с мистрис Анной.
– Ни один человек в городе не верит, что королева виновна и неверна вашей милости, – сказал сэр Джеральд.
До сих пор де Вральи молчал. Он был не в доспехах, что случалось довольно редко. На этот раз он выбрал многоцветный гамбезон, левая часть которого была сшита из бело-пурпурной парчи, а правая – из желтого шелка. На поясе висел меч, меч первого воина короля. Кроме него, только король и сэр Джеральд были вооружены.
– Она изменница, ведьма и убийца, – заявил де Вральи, – и я это докажу.
– Докажете? – спросил сэр Рэндом, пораженный жестокостью обвинений.
– Меня вызвали на судебный поединок. Так называемая королева убила моего кузена д’Э, и я убью ее воина и докажу ее вину. – Де Вральи в упор смотрел на сэра Джеральда. – Вы выступите от ее имени, сэр Джеральд?
Де Рохан, кажется, улыбнулся.
Джеральд Рэндом не добился бы высокого положения, если бы не умел различать скрытые ловушки в ходе переговоров. Он досчитал до пяти – тактика, которая всегда ему помогала. Постарался не обращать внимания на панику, охватившую его, когда эта ловушка захлопнулась. Если он откажется, значит, согласится, что королева виновна, а де Рохан сможет задавать вопросы о мятежниках и сторонниках королевы и быстро вывернет все в свою пользу.
Если он согласится, то погибнет.
– Когда вы планируете поединок, милорд? – спросил Рэндом.
– В первый день турнира, – сказал король.
Рэндом поклонился:
– Если ваша милость освободит меня от обязанностей маршала турнира… и если ваша милость полагает, что одноногий человек пятидесяти лет от роду, не являющийся воином, может защищать честь жены вашей милости… – Сэр Джеральд вытянул деревянную ногу так, чтобы ее увидели все присутствующие, и поклонился – он многократно репетировал это движение вместе с женой, надеясь, что сумеет блеснуть им на турнире. – …тогда я, разумеется, рискну своей жизнью ради ее милости, которую я полагаю невиновной.
Даже де Вральи уловил очевидный подтекст. Если он будет сражаться с сэром Джеральдом, его поднимут на смех. А для короля это будет равносильно признанию вины.
Сэр Джеральд шел на рассчитанный риск. Лицо короля омрачилось, он злился, и у сэра Джеральда задрожали колени. Ему тяжело было стоять и еще тяжелее – сохранять безразличие, которое так не нравилось галлейцам. Но сэра Джеральда Рэндома пугали часто. Он напомнил себе, что, даже если он погибнет во имя королевы, это не сравнится с ужасом битвы в Лиссен Карак и тварями, пытающимися сожрать его живьем.
Он перекрестился.
– Разумеется, если вы боитесь… – произнес де Рохан, но слова его пропали впустую. Даже де Вральи посмотрел на него как на червя.
– А у вас есть разрешение от церкви? – тихо спросила мистрис Анна.
Король вспыхнул:
– И что же за лицензия мне нужна, любезная? – Судя по голосу, он считал Анну дурой.
Мистрис Анна присела.
– Прошу прощения, ваша милость. Мой муж – писарь.
Король покосился на архиепископа Лорикского. Тот посмотрел на своего секретаря, который дернулся и тут же зашептал что-то на ухо хозяину.
– Совет окончен, – сказал архиепископ, глядя на короля.
Сильные руки схватили Рэндома. Он не сопротивлялся, зная, что проиграл. Даже если его не отправят сражаться за королеву.
– Ваша милость! – крикнул он. – Эти люди хотят разрушить ваше королевство!
– Тихо! – крикнул де Рохан. – Аудиенция окочена!
– Они лгут, ваша милость, – громко кричал Рэндом, – они отослали от двора всех хороших людей и ездят на вас, как на лошади.
Слева от него один из людей де Рохана велел гвардейцу:
– Отведи их куда-нибудь, где они почувствуют на себе гостеприимство его милости.
– Вы обещали нам безопасность! – орал Рэндом.
Но король уже ушел из зала, а у трона стоял де Рохан.
– Постарайтесь получить удовольствие от нескольких следующих часов, – улыбнулся он, – это мой вам подарок.
Рэндома и мистрис Анну утащили из зала, провели по лестнице мимо прачечной – в направлении подземелий.
