– Я надеюсь, что сегодня ты наденешь один из своих нарядов, привезенных недавно папой, – посмотрев на шкаф сестры, сказала Диана. – Мы ведь должны выглядеть настоящими леди перед мисс Флоренс. Она достаточно знаменитая пианистка и дает даже сольные концерты в Париже! Представляешь, какая честь быть ее ученицами? – восторженно рассуждала Диана, переводя взгляд на жемчужное колье, которое скорее хотела надеть.
– Ну вот еще, она же не Королева! – уперев руки в бок, возмутилась Эва. – И вообще, ты же знаешь о том, как я отношусь к музыке. Я совершенно не умею играть! – говорила Эванжелина, осуждающе поглядывая на большое белое пианино, стоящее в комнате.
– Мама старается для нас, чтобы в коллеже нам было проще учиться, – ответила Диана, стараясь не повышать тон, и борясь с желанием бросить в сестру подушку.
– Можно подумать, мы собираемся в «Институт благородных девиц!» – продолжала гнуть свое Эва. – Я хочу делать то, что будет мне нравиться и приносить удовольствие, а не то, чем должна заниматься каждая девушка по мнению общества.
– Но мы должны быть примером, как же ты не понимаешь, Эва! – отложив гребень, сказала Диана. – Разве тебе не хочется, чтобы другие смотрели на тебя и думали о том, какая натура у этой девушки, какая внешность, какая у тебя грациозная походка и манеры! – говорила Диана, пытаясь пройтись по комнате, словно лебедь.
– Разве обязательно носить эти платья, – возразила Эва, указывая на наряды сестры, —туфли, ужасно неудобные корсеты, в которых невозможно вздохнуть, надевать банты и ходить словно гусыня, – Эванжелина попыталась изобразить походку птицы, отчего сама же захихикала. – Зачем, если это не делает тебя счастливой? Девушка должна быть прекрасной внутри, – продолжала младшая сестра, взяв расческу и начав расчесывать свои запутанные волосы, – и вовсе не важно, в платье она или в брюках. Ведь главное, какая девушка и без этого всего!
– Хватит, ну что опять за тон! Эванжелина, прошу тебя, повзрослей уже наконец и пойми, что девушка – это благоухающая роза, которая должна быть прекрасной как снаружи, так и внутри.
– Ну что ж, значит в твоем саду прекрасных роз я не смогу составить тебе компанию, и буду свободной птицей, которая будет лететь туда, куда захочет! – твердо ответила она сестре, надевая свою любимую синюю юбку.
Пока Диана примеряла жемчужные серьги и думала над новой прической, Эванжелина уже была готова спускаться к завтраку. Младшая сестра надела белую рубашку, которую заправила под юбку, украшенную небольшим цветочным венком у пояса, сплетенным Эвой на одной из прогулок. Рукава рубашки она подогнула в два раза и закрепила на маленькую пуговичку, а волосы слегка подобрала, заколов одной из заколок сестры.
– Пока ты будешь собираться, завтрака уже не будет! – смеясь, крикнула напоследок Эва, выходя из комнаты.
– Сегодня я не буду завтракать, мне нужно прорепетировать пару мелодий для мисс Флоренс, – быстро ответила Диана, продолжая смотреть на себя в зеркало.
Ничего не ответив сестре, Эванжелина быстро побежала по ступенькам вниз, чтобы хотя бы на минуту забыть об уроке музыки, который сегодня ей предстояло перенести. К слову, Эве нравилась классическая музыка, она любила вечерами слушать игру сестры на фортепиано, но сама совсем не была одарена музыкальным талантом, поэтому при любой возможности девушка поднималась на крышу дома, и устроившись поудобнее, окуналась в новую историю. Эванжелина зачастую отдавала предпочтение детективам, но все же иногда могла позволить себе прочесть любовный роман, не будучи при этом романтичной натурой. Но больше всего, она окуналась в книги о путешествиях, могла часами перечитывать главы и представлять себя на месте главных героев, которые открывают новые миры и стремятся к горизонтам, о которых только ходят легенды. Так, Эва представляла себя на месте главного героя – путешественника, бежала на самый возвышенный холм в Бибури и разыгрывала пьесу, будто все, что она говорит и делает происходит на самом деле. «Вот бы мои мысли смогли стать реальностью, вот бы перенести их на картинку! Чтобы все смогли увидеть то, что видит моя душа!»
Спустившись вниз, Эву встретил добрый взгляд матери, которая как раз приготовила чай.
– Доброе утро, милая! Садись скорее за стол, – приветливо сказала она.
На столе как всегда красовался традиционный пирог, который миссис Бейкер успела испечь, пока девочки спали. Рядом стоял чайник, благодаря которому по всей комнате разносился запах облепихового чая. И конечно, малиновое варенье, которое несмотря на свои стандарты идеальной фигуры, очень любила Диана.
– Сегодня к нам прибудет моя знакомая из Парижа, – сев за стол, сказала женщина. – Я надеюсь, что ты помнишь об этом, – также напомнила она, сделав глоток горячего чая.
– Конечно, даже надену платье с кружевами по такому поводу, – ответила Эва, закатив глаза.
– Перестать, Эванжелина. Я знаю, как ты относишься к музыке, но прошу тебя, сегодня ты должна показать себя с хорошей стороны.
