— Что ты имеешь в виду, говоря «слышать друг друга»?
— Мысли, Бекки.
Они обе посмотрели на меня, словно я умалишенная.
— Забудь.
Я тоже провела руками по волосам и сняла с них резинку. Было здорово взъерошить волосы.
— Ты слышишь голоса? — спросила Сэмми.
Я долго смотрела на них обеих, а потом опустила взгляд в пол. Они были моими лучшими подругами. Я кивнула.
Они обе ахнули.
— И что они говорят? — спросила Бекки.
— Я не знаю, — я рассказала им все, что сказала Люциану, и они прореагировали похожим способом. Они свели брови, и морщинки от волнения появились в уголках их глаз.
— Что, если я всё-таки, ну вы понимаете, схожу с ума?
— От этого есть лекарства, Елена. Кроме того, ты не сумасшедшая. Мы выясним, что это такое, — пообещала мне и Бекки тоже.
— Поговори с профессором Фейцер, она знает, что делать, Елена, — сказала Сэмми.
— Люциан сказал то же самое. Я просто боюсь, что такое происходит впервые, и что если она отправит меня в психушку?
— Ну же, Елена, она этого не сделает.
— А что думает Люциан?
— Кроме того, что это забавно, ничего. Однако, он немного волнуется.
— И на что это похоже? — спросила Сэмми.
Я нахмурилась.
— Не так безумно, как вы могли подумать. Это почему-то успокаивает меня, а тембр глубокий и немного хриплый.
— Это хорошо, — сказала она, и мы посмотрели на нее, подняв брови. — Я имею в виду, что это тебя не пугает, а наоборот успокаивает.
— Ага, — я скривила губы, и мы рассмеялись.
— Что за дурацкий год это будет, — сказала Бекки, когда мы перестали смеяться.
— И это только начало.
***
На следующее утро я осталась после занятия профессора Фейцер. Ну вот, сейчас или никогда.
— Елена, — она узнала меня, когда я встала рядом с ее столом и шагнула вперёд. Я подождала, пока все выйдут, и рассказала ей о голосе в моей голове. Она ничего не сказала, пока я ей все объясняла, а просто слушала.
— Как часто ты слышишь этот голос?
— Он появляется и исчезает, но с каждым разом я его слышу все дольше.
— Это объясняет, почему ты такая невнимательная в последнее время.
— Извините за это.
— Ну что ты, думаю, что это чудесно.
Я взглянула на нее. Это был первый позитивный ответ на то, что я рассказала.
— Правда?
— Должно быть, это твоя темная метка, — она выглядела радостной, говоря это. — Я могу выдвигать множество теорий, Елена, и большая часть их, вероятно, будет правдивой, но все они сводятся к одному. Я думаю, ты часть дента.
— Дент.
Она кивнула.
— Твоя связь с драконом очень сильна, кем бы он ни оказался, и это не впервые, когда дракон и его всадник разделяют дар телепатии, — она неловко скривила губы и покачала головой. — Хорошо, это не совсем правда, пара драконов и всадников разделяют этот дар, и они Древние.
— Что?
— Требуются годы и годы, чтобы развить способность слышать мысли друг друга, Елена. После долгих лет вместе связь становится нерушимой, и тогда появляется дар телепатии.
Она глубоко вздохнула, чтобы подавить восторг, который я явно с ней не разделяла.
— Позволь мне задать тебе вопрос. Как ты думаешь, почему Мастер Лонгвей заставил Бекки так скоро объявить дату заявления прав, когда она Взошла?
— Потому что ей с Джорджем суждено было быть вместе.
Она покачала головой.
— Это из-за того, чем они являются, дентом. Если бы они отвергали друг друга, оба испытывали бы огромную боль. Эта связь должна быть установлена, ее нельзя игнорировать.
У меня округлились глаза, когда она сказала это.
— За всю свою жизнь я не видела такой темной метки, как у тебя. Даже у Древних. Кто бы ни был твоим драконом… — она вздохнула. — Нам предстоит увидеть удивительные свершения от вас обоих.
— Я даже не знаю, кто мой дракон.
— Узнаешь, когда Взойдешь.
— Мастер Лонгвей считает, что я Огненный Маг.
Она нахмурилась.
— Можно поподробнее?
Я начала смеяться, и она присоединилась ко мне. Я рассказала ей об инциденте с Огненным порошком и о том, что она должна была прожечь дыру у меня в горле и в желудке, но этого не случилось. Она просто смотрела на меня с восхищением, хотя и немного жутким.
— Это уже потрясающе. Что ещё ты ощущаешь? — спросила она.
— В том-то все и дело. Я не чувствую ничего необычного. Я даже не ощущаю, что скоро Восхождение.
— Подготовке требуется время, Елена, но когда все начнется, это может произойти в течение нескольких дней, если не быстрее.
— Так это может быть Солнечный Взрыв или Огнехвост.
Она кивнула.
— Они единственные огнедышащие, но из того, что я увидела в твоём дневнике, — она немного нахмурилась, — я не думаю, что это Огнехвост, Елена. Думаю, это Солнечный Взрыв. У тебя слишком много было темных цветов на рисунке, это не может быть Огнехвост.
Я снова подумала о Сэмми.
— Однако, это может быть какой-то отдельный Огнехвост, переживающий тяжёлые времена, вы так не думаете?
— Ты думаешь, что знаешь, кто это?
— Я надеюсь, это Сэмми. Она очень расстроена и зла из-за того, что произошло с Блейком.
— Ты разделяешь с ней эти эмоции?
Я кивнула.
— Тогда единственное, что мы можем, это ждать.
Я глубоко вздохнула.
— Так я, правда, не схожу с ума?
Она засмеялась.
