Грозы и звёзды полностью

Я нацепила на себя серьёзное выражение лица. Конечно же, последняя часть моей фразы содержала некоторую долю правды. Но не её начало.

Двадцать три года не делали человека старым. И почему я вообще разговаривала сама с собой, точно какой-нибудь поэт времён Елизаветы?

Лиам смотрел на меня в течение целой минуты, ничего не говоря и не моргая.

— Не могу понять, ты это серьёзно или шутишь?

— И то и другое.

Мой ответ не сделал его веки более расслабленными.

— Почему ты передумал? Тебе не хватило старых стервозных дамочек?

Наконец, он моргнул. А затем… затем он рассмеялся. И так же как тогда, когда мы купали Шторма, меня полностью заворожил его рот и звук, который он издавал, а ещё то, что он был всё ещё слега покрасневшим и блестящим от нашего поцелуя.

«Уходи, — пыталась я сказать самой себе. — Это ничем хорошим не кончится».

Но я не послушалась.

— Если бы я знал, что так сильно расстрою тебя, назвав тебя милой, я бы придумал какое-нибудь другое определение.

— С той частью, где ты назвал меня «милой», всё в порядке. Дело в определении, которое ему предшествовало. И ты меня даже не знаешь. Может быть, я сумасшедшая сука, и не только в плане анатомии.

— Мой сын не был бы так увлечён тобой, если бы ты была сумасшедшей и злой.

Он поднял руку к моей щеке и обхватил мою шею своими пальцами.

«Поехали сегодня ко мне, Николь».

Было странно слышать, как он назвал меня Николь, а не Никки, но моё полное имя заставило меня почувствовать себя в некотором смысле старше. А, может быть, дело было в его намерении?

— Мне всё ещё нужны мужские трусы.

Веселая улыбка коснулась его губ, разгладив жесткие линии его лица

Рука, обхватившая меня за талию, соскользнула вниз, и кончики его пальцев прошлись по обнажённой части моего бедра там, где заканчивалась моя юбка. Прикосновение длилось всего секунду, но ощущение от него задержалось на моей коже.

Я откашлялась.

— Хотя, подожди. Я не могу использовать одного и того же парня для всех своих действий.

Я подождала, желая увидеть, как он отреагирует на моё выдуманное правило; я хотела понять, как сильно он меня хочет. Совпадало ли это с тем, как сильно я хотела его?

Если бы тьма приняла сейчас человеческое обличье, это бы был Лиам Колейн — его глаза потемнели, как безлунное небо.

«Чёрта с два».

Я. Улыбнулась.

— Ты пыталась вывести меня на эмоции?

— Нет. Я пыталась решить, стоишь ли ты того, чтобы уйти с вечеринки Эйделин.

Чёрт! Эйделин. Я резко повернула голову туда, где она стояла.

— Она вернулась к столику, когда ты начала стонать.

Мои щёки вспыхнули, и я шлепнула Лиама по груди.

— Я этого не делала.

— О… ещё как делала.

Его улыбка стала такой коварной, что моя волчица начала стучаться всеми лапами о кожу и скрести по моим ногам.

«И я могу тебя уверить: я стою того, чтобы уйти с этой вечеринки».

— Осторожнее, ты начинаешь превращаться в альфа-засранца.

— Да?

Его ноздри раздулись, и он медленно и глубоко вдохнул.

«Твой запах говорит мне о том, что тебе нравится этот альфа-засранец».

Я попробовала понюхать воздух, но всё, что я смогла почувствовать, был его запах и запах потных подмышек парня, стоявшего рядом, но в основном — запах Лиама.

— Ты готова ехать, или хочешь ещё побыть с девочками?

Я откинула назад прядь волос и посмотрела в сторону нашего стола. Все, включая Декстера и Лукаса, уставились на нас.

Я спряталась за Лиама.

— Вот дерьмо, они все это видели.

Он нахмурился. «И?»

— Я бы предпочла, чтобы нас никто не… видел. Теперь все будут думать, что я одна из фанаток нашего Альфы.

— Одна из фанаток? — в его голосе послышалось настоящее недоумение.

— Только не говори мне, что ты не знал о своем фан-клубе? Ты мог бы подцепить любую девушку в этом баре, и они поехали бы к тебе домой. Ну, кроме Эйделин.

«Я не знал. И я выбираю тебя».

— Сегодня. А завтра ты, вероятно, выберешь кого-то ещё, поэтому я и хотела сохранить эту ночь в секрете.

Произнеся это вслух, я задумалась, а могла ли я стать девушкой для секса на одну ночь? Может быть, это было что-то генетическое? И если Найл точно унаследовал этот ген, то меня он обошёл стороной.

— Почему бы тебе не пойти первым, а я потом присоединюсь к тебе в поселении через двадцать минут.

«Я подгоню машину и подожду тебя у входа». Он начал разворачиваться. «У тебя пять минут».

Я упёрлась рукой в бедро.

— Серьёзно? А что если я не выйду через пять минут?

Он бросил на меня взгляд, который был одновременно жутким и соблазнительным. Жутко соблазнительным.

«Тогда я вернусь за тобой, и все узнают, что мы с тобой поехали ко мне, чтобы потрахаться».

Святой Ликаон.

— Я смотрю, ты больше не переживаешь о реакции моих братьев.