- Да. Тебя забрали! И знаешь что? Я задыхалась без тебя. Да, и это в шесть лет, Кейн. Казалось, у меня было какое-то раздвоение личности. Я хотела отдохнуть от себя, своих сомнений и страхов. А позже от всех этих мыслей и воспоминаний. Хотела выйти из своей больной головы. Я, - непонятная пелена уже накрыла четкое изображение, и я поняла, что плачу, - надоела сама себе. Я... - неожиданный порыв воздуха, и горячие губы накрыли мои, моментально влив в меня то противоядие, побуждающее больше не истощать слёзохранилище.
Схватив мою талию, Уинтер усадил меня на колени, а мои руки сами потянулись к мускулистой шее, начиная ее нежно поглаживать. Не было боли, страха и какого-то отчаяния - были лишь мы. Те, кого сплела эта судьба, даже после стольких сотен километров и времени.
Он выдохнул. И наконец, со стекающими по моему лицу слезами, я открыла один глаз, а затем второй. Изображение было яснее некуда. Вновь убеждаюсь в том, что передо мной явился колдун, и расслабленно выдыхаю.
- И не смей больше плакать, - прохрипел Кейн, пройдясь по моим мокрым дорожкам, моментально осушив их. В груди что-то сдавило, но я не предала этому значения.
- Что это? - я прищурилась, рассмотрев небольшой чемоданчик на четырех ножках прямо рядом с прикроватным столиком Уинтера. Из одной длинной узкой щели торчала масса бумаг, каких-то грязных и кристально-беленьких. Быстро встала и помчалась к нему, услышав вслед пыхтения и нервные вздохи.
- Нет! - вскрикнул Уинтер, но я уже вытащила первый попавшийся листочек из той щелочки.
В груди сдавило еще сильнее, но я вновь приглушила это страннейшее чувство. В туче пышных розовато-бордовых деревьев стоял небольшой серый домик, в котором горел яркий свет. Вытащила еще один - одинокая красная роза, которая обронила один из своих лепестков. Столь беззащитная, она покоилась в небольшой стеклянной колбе, а вокруг все было черным. Но в этой темноте можно было рассмотреть несколько пар желтых глаз, смотрящих прямо на эту красоту. На бумаге покоилось буквально два противоположных мира - красота и ужас, любовь и ненависть, Рай и Ад. И еще один лист - мои глаза полезли на лоб, и я с улыбкой посмотрела на Уинтера.
- О-о-о, кто же это? - я еще шире улыбнулась.
- Оставь! Нет! Черт. Фортсерс! - он намеревался выхватить лист, но я опередила парня, увернувшись от нападения.
- Я на нем! Имею право, - я продолжала размахивать рисунком в победной ухмылке.
Он учащенно вздыхал, его щеки стали такими ярко-розовыми, он даже потирал руки, а я продолжала всматриваться в идеальные карандашные линии, встречающиеся в том или ином месте, составляя единую композицию.
- У меня, что, такой нос? - я нахмурилась, начиная трогать кончик собственного носа.
- Это ужасно! Ну, Ада, ну перестань, - Уинтер выдохнул, рухнув на краешек кровати.
- У-у, Кейн так жалобно смотрит на меня. Сдаться ли мне?
- Ада, положи это.
- Нет, - я ухмыльнулась.
- Это чудовищно. Я не умею рисовать, а ты на это смотришь!
- Это не чудовищно, а великолепно! - я улыбнулась.
- Что?
- Да я же просто шутила. Да, у меня именно такой вздернутый нос, такие же пустые глаза и непонятное гнездо на голове. Такие же непонятной формы губы, впалые скулы... Такие же... - улыбка начинала расти. Хотелось все превратить в шутку, но Уинтер крепко сдавил мои запястья, прижав в следующую секунду к стене.
- Я бы поцеловал тебя. Очень крепко. Так, чтобы этот поцелуй растворил тебя в воздухе. Так, чтобы я мог чувствовать аромат твоих волос вечно.
Растерянность в моих глазах была откровенной. Самой настоящей. Я буквально не понимала, что сейчас говорит этот парень. Внутри все сжалось до самых, что ни на есть, микроскопических размеров.
В следующую секунду Кейн повалил меня на мягкую кровать.
- Твои глаза - это нечто неописуемое. Две капли изумрудного ручья, а волосы - настоящее безумие в моем сердце. Когда ты их распускаешь, - он коснулся резинки и высвободил копну волос из ее оков. - Да, вот так. Это настоящий каштановый водопад.
Я не могу шевелиться. Мои конечности, мои органы. Нелепейшее чувство, черт возьми. Может, он прячет котелок с зельем прямо за стеной? Или он крепко втёрт в его ладони?
В очередной раз возвращаюсь к мысли, что возможно мой друг детства - это колдун или волшебник. Добрый или злой, но он был явно связан с какой-то запрещенной магией, отвечающей за язык человеческого тела.
- Я...хочу домой, - проскулила я, сократив расстояние между нами. Я коснулась его губ на несколько секунд, спрашивая разрешение на освобождение. Порой мне даже казалось, что поцелуи с ним - очередное противоядие, но только от его колдовства над моим телом. Оно подействовало, и я была на свободе.
- Мог бы я останавливать время, - прошептал Уинтер, и я поняла одну вещь - это та сила, которая не была ему дана при рождении. Но зато дана другая - крепко властвовать над девушками. Это необъяснимо.
- Мы можем пойти пешком, - уверенно объявила я. - Это немного остановит время, если можно так выразиться.