- Ада! - свирепо воскликнула причина визита этих ублюдков. - Что вы здесь делаете? - Кейн заглянул в глаза каждого незнакомца.
Его голос дрожал. Дрожал так, как никогда не дрожал за все то время, когда мы начали видеться и испытывать на себе силы разрушительных обстоятельств. Сейчас это не Кейн.
- Ки, ты думаешь, нам понравилось объявление о том, что ты уходишь от нас? Ты думаешь, ты волен делать все, что твоей глупой башке заблагорассудится?
- Она, Уинтер? Она тебя заставила пойти на столь нескромный шаг? - сплюнул второй.
- Я т...
- Тихо, Ада.
- Ты знаешь, что мы делаем с препятствиями. Пуля сквозь плоть, - и нет больше паиньки Уинтера, которые встает на путь истинный. Есть только Ночной Охотник, который хочет крови. Больше. Больше.
- Он не такой козел, как вы! - прорычала я, до хруста сжав руку в кулак. После моих нескромных слов на меня наставили пистолет. Я сглотнула. Хоть мне и стало легче после объявленного, пулю в голове в подарок я не хочу.
- Поболтать любишь? - он мерзко засмеялся, что меня начало выворачивать. Красный как помидор, он сжал пистолет сильнее. Хрустнул шеей, придвинувшись ближе. Прицелился.
- Я вернусь. Вернусь. Исполню долг. Только прошу, - он сглотнул, - опусти пистолет.
- И как я могу доверять тебе? - он щадяще надавил на мой висок дулом пистолета, что вызвало пронзительную боль по всей области головы.
- Я человек-слово. И ты знаешь.
- Не могу же я просто взять и не разлить здесь чужой крови. Не по правилам как-то. Не по стандартам.
- Можешь. Я прошу тебя, Билл, не нужно.
- Какая любовь между вами, да? Такая... Черт, как же это называется. Открытая... Настоящая...
- Искренняя!! Та, о которой вам и не мечтать! Глупые мудозвоны, которым неведомо чувство пощады и милости. Вы уроды! Настоящие ублюдки. Знаете, вот вы, - я уткнулась в пистолет, - стопроцентно смогли бы защитить свою дочь или сына, потому что вы знаете, как вести себя с подобными вам сопляками. А вы, - я перенесла взгляд на второго, - неужели это ваша, черт меня дери, мечта? Стоять вот так, ухмыляться, сплевывать и портить чужой пол? И все ради чего? Крови и последующих признаний? Это глупо!!! Низко и глупо!!!!
- Ты думаешь, ты пробьёшь нас этими словами до самой души? Какая жалость, что души не существует, верно? Слушай сюда, я не отпущу тебя и твоего паренька, который, к слову, вообще не должен здесь быть. Понятно? - он яростнее надавил на мой затылок.
- Хватит болтать! - второй вырывает пистолет из рук названной болтушки и стреляет...
На секунду я подумала, что мой страх просто поборол боль. А может ли сильный страх побороть физическую боль? Я открыла один глаз, затем второй, с трудом расслабила лицо и с дрожью взглянула на ноги, куда была устремлено дуло и откуда уже шел легкий дымок.
То ли нарочно, то ли по счастливой случайности, но тот промахнулся, оставив сантиметровую дырку в деревянном полу, в сантиметрах десяти от моих пальцев ног. Выдох.
- Ты услышал нас, Уинтер.
И здесь я поверила в чудо - доброту человеческой души, способной пробиться через толстый слой льда настоящей бесчеловечности.
Сплюнув, один из них с полной озлобленностью и презрением осмотрел взволнованного Уинтера и направился на выход. Второй, с отвращением вытерев грязные ботинки о связанный бабушкой коврик, двинулся за напарником.
- Сегодня второй день твоего рождения, Форстерс, - выдохнув, серьезно отрезал Уинтер.
Веревки в чулане, стул на кухне, тряпка на полу, и я тщательно вытираю все оставшиеся следы убийц. Дыру в полу я быстренько скрыла под коврик, переместила массивную тумбу, чтобы бабушка точно не смогла чего-то заподозрить.
- Уроды, - проворчала я, тщательно оттирая след от грязного ботинка первого из них, который мне больше всего не понравился.
- Они такие же, как и я, - выдохнул Уинтер.
- А кто сказал, что я только про тех двух? - подарив парню озлобленный взгляд, я продолжила оттирать. Закончив, я прополоскала все тряпки. Еще раз оглядела комнаты. Все чисто.
Звук работающей замочной скважины, в котором трудился ключ, не мог не заставить нас встрепенуться. Уинтер как раз собирался уходить, но, похоже, это случится явно не сейчас.
Скважина не поддалась, ведь дверь была открыта. Ворчание, какой-то шепот сопровождался скрипом открывающейся двери.
Бабушка стояла в голубеньком платье, осыпанном рисунками ромашек разного размера. На ее голове покоилась панамка, а в руках пакет с небольшим количеством продуктов.
- Бабушка! - воскликнула я с улыбкой на лице, бросившись к пакетам, но та завела занятую руку за спину. Прищурившись, она осмотрела Уинтера. - Бабуль, я...
- Внучек, - она улыбнулась, и эта улыбка заставила меня не на шутку забеспокоиться. - Тебе еще тренироваться и тренироваться, чтобы к Аде без шума в окно забираться, - со смехом выдала женщина, и мы в шоке посмотрели друг на друга.
- Что?! - одновременные вскрики заставили бабушку смеяться сильнее.
- Что-что, знаю я ваши голубиные секретики. Стены то пропустят звук полета мухи! - она прошла, и я наконец забрала пакеты. С лицом-помидором я рванула на кухню, тщательно обдумывая что скажу бабушке в свое оправдание.