— Не только! Там еще черной тканью кто-то переделал буквы так, что получилась надпись Святая травка. Представляешь? Скандал на всю страну! Уже какой-то сенатор от демократов предложил легализовать легкие наркотики! Девчонку эту, Мэлоди, полиция арестовала за нарушение общественной морали, но уже отпустили под залог.
— Так это хорошо или плохо? — поинтересовался я, выходя из-за стола и закрывая дверь кабинета на ключ
— Что ты! Не здесь же… — Синтия №2 покраснела, отобрала у меня ключ — Ведьма только и ждет, чтобы поймать нас!
Дверь к моему сожалению была обратно распахнута, я вернулся за стол.
— Ведьма?
— Эта Ольга
Да… Верховцева кого хочешь может достать.
— Ты не сработалась с коллегами из Советского Союза?
— Они все странные какие-то — О’Тул надула губки — Сидят постоянно в этом своем арсенале. Только ведьма по штабу ходит, везде свой нос сует. Подружилась только с Ивановым. У него такое странное имя
— Байбал. Якутское
— Якутия это где?
— Долго объяснять
Я увидел в окно, что к штабу идет Трунов.
— Да, кстати. Твой заказ пришел — Синтия затащила по полу в кабинет картонную коробку, оклеенную белыми лентами. Перед самым отъездом в город Ангелов я освоил торговлю по каталогам. Выбрал парочку черных гидрокостюмов, потом на почте оформил заказ и оплатил. И вот, прогресс на марше — по магазинам ходить не надо.
Я распотрошил коробку, достал оба гидрокостюма. Под заинтересованным взглядом О’Тул приложил его к груди. Брал на размер больше — вроде бы влезаю. Второй был женский, как раз для невысокой секретарши.
— Ну что? Покатаемся вечерком?
Рыжая вспыхнула словно сноп сена. Видимо представила чем мы будем заниматься после покатушек.
Я тоже вспыхнул, слово порох, в который меня Ваня макнул лицом во Вьетнаме. Только уже спустя пять минут и по другому поводу.
— Сюда едет Луи?!?
— Да, пришла шифрограмма — Трунов по-хозяйски закрыл дверь, воткнул штепсель электрического чайника в розетку, после чего уселся напротив меня
— Я думал Левину пиздец. Сразу как только сняли Андропова.
— Такие не тонут — пожал плечами Иван Иванович — По Комитету ходят слухи… Что он еврейчика и утопил. Про личную разведку Юры слышал? Про Питовранова?
— Нет
— А вот Луи что-то про «Фирму» знал. Внеочередной Пленум ЦК еще даже не начался, а Луи уже у Семичастного был. Подозреваю, что не с пустыми руками.
— Да что у этого прохиндея может быть то на председателя⁇
— Теперь мы никогда и не узнаем — пожал плечами Трунов — Поди засекретили все по высшей литере. Но догадаться не сложно. Выписки с банковских счетов, еще какой-нибудь компромат. Через личную разведку Андропова проходили о-очень большие деньги. Что-то могло и прилипнуть.
— Для чего ты мне это все рассказываешь?
— А для того — Иван Иванович встал, выключил свистящий чайник — Чтобы ты был с ним очень аккуратным! Этот Луи теперь играет за команду Шелепина, летит в Вашингтон договариваться о визите в Штаты Железного Шурика. Потом заедет сюда. Вроде как с инспекцией.
Еще этого дерьма не хватало. С одной стороны здорово, что меня не задействовали. С другой стороны, если у них там что-то не сложится, то про меня очень быстро вспомнят. Оно мне надо во все это лезть? Я кое-какие авансы «Шурику», конечно, дал. Но от «обещал — никто не обнищал».
— Когда он прилетает? — поинтересовался я
— А сразу на следующий день после твоего выступления у Карсона — хохотнул Трунов — Вот заодно и обсудите с ним шоу.
Ни на какие покатушки на волнах вечером я выбраться не смог — у меня родился сын. Срочная шифрограмма пришла в районе семи тридцати, когда я уже добив план отрядных тренировок на сентябрь, собирался домой.
Подписано сообщение было Алидиным лично, поздравления выглядели сухими и формальными. Три двести, и мать и сын здоровы, назвать решили Андреем. Это все, что мне удалось выяснить из короткой телеграммы.
Ощущение были смешанными. С одной стороны радость отцовства, которую я так и не смог почувствовать в своей той, старой жизни, сгоревшей в атомном пламени. С другой стороны, последние годы в Союзе тоже воспринимались уже как в тумане. Был ли у меня брак с Яной или все это было каким-то странным, второстепенным извивом судьбы?
В полной прострации, я отправился на пункт связи — выслал ответную шифрограмму с поздравлениями в адрес Яны, да и самого Алидина, который теперь стал дедом. Потом, разумеется, пришлось проставляться в арсенале. Собралась вся резидентура, водка полилась по рюмкам. Тост за тостом и без особой закуски — нарезка из салями, пакетированный хлеб, да несколько помидоров с огурцами — вот и вся еда.
— Пойдемте в столовую — взмолился я — Пусть китаянки накроют по-человечески
— Все уже разошлись — постучал по часам Авдонин
— Давай я картошечки тебе отварю — предложила Ольга Тимофеевна — Посидим по-нормальному, песни попоем.
Заниматься «ой морозом» мне совсем не хотелось, я под благовидным предлогом написания письма жене, ушел с вечеринки. И тут же попал на новую. Каким-то неведомым образом новость о сыне просочилась и в отряд. Тут тоже уже накрыли стол и снова стояла водка. А еще черная икра!
