Вымочив полотенце в холодной воде, я прикладываю ткань к его пылающему лбу. Затем завариваю крепкий чай и добавляю три ложки ягодного варенья. Снова бужу парня, буквально по ложечке пою чаем. А потом сижу рядом. Долго-долго. Понимая, что миром для меня стал Андрей. Что больше у меня по сути никого и нет. По полу ощутимо тянет холодом. Вот он и заболел. Не нужно ему продолжать лежать так. У меня большая кровать. Тем более, рядом с ней розетка и стоит новенький, ещё в коробке, масляный обогреватель. Я снова бужу Андрея, кое-как перетаскиваю на кровать, укрываю моим и его одеялами. Читаю инструкцию обогревателя, включаю в розетку и настраиваю, чтобы тепло согревало парня, а не создавало ощущение, будто он в сауне.
За окном разыгралась непогода, дождь колотил крупными каплями по стёклам, грохотал громом и кидался яркими молниями. Я покопался в холодильнике, нашёл кусок сырой курицы и стал варить суп. Андрею нужно горячее.
Копался я долго. В итоге картошка разварилась, а мясо осталось жёстким. Скептически оглядев своё творение, я налил пару половников в глубокую пиалу и подошёл к спящему парню. Потрогал его мокрый лоб – жар спал. Облегчённо выдохнув, я тихонько позвал его по имени. Андрей сразу открыл глаза. Будто бы и не спал. Одарил меня укоряющим взглядом и сам взял суп из моих рук. Он его не ел, просто выпил за несколько глотков. Потом попросил довольно прохладным тоном:
- Раз уж ты ходить можешь, то принеси ещё воды. И аспирина.
Я налил полный стакан воды и прихватил таблетки. Андрей напился и проглотил лекарство, устроился на подушках и хмуро меня разглядывал.
- Ну прости, - не выдержал я.
- Да что уж там… Знаешь, я бросаю всё ради тебя, человека, которого должен был ненавидеть, сам знаешь почему… Я весь интернет прошерстил, пока бывал за продуктами в городе. Всё искал врачей, чтобы тебе помогли, переживал. А ты, оказывается, ходишь. Мне говорили, это мог быть ушиб, воспаление нерва, типа пройдёт само, но я и представить не мог, что ты будешь врать.
- Прости.
В тот момент я ощущал лишь жгучее раскаяние. Андрей вздохнул и отвернулся к стене. Вскоре он тихонько засопел, а я сел на стул у подоконника и положил голову на руки. Ярких чувств давно не было, я отвык от них. И это было странно. Потому что всю свою жизнь я жил чувствами. Точнее болью. Она настолько сроднилась со мной, что в её отсутствие я чувствовал себя ненормальным. Здесь, уже долгое время, ничего такого не было. Это называется жизнью? Без боли я никто, просто человек. Мой так называемый талант – это побочный эффект моих переживаний. За всё лето мне и в голову не пришло взять лист бумаги, ручку и попробовать написать хоть пару строк. И это хорошо. Теперь я другой. Нет больше Морти. Кончено. С этого момента грусть мне больше не идёт.
Я подошёл к Андрею, послушал его хриплое дыхание. Покопался в аптечке, выбрал мазь с эвкалиптом, растёр грудь спящего парня и лёг рядом. Кровать большая, места хватает нам обоим вполне. Надеюсь, он не растолкует это превратно.
***
Когда я проснулся следующим утром, Андрей уже встал и демонстративно не разговаривал со мной. Он был несколько бледен, помят, но выглядел лучше, болезнь отступила. Дождь продолжался, поэтому парень не мог свалить от меня в лес, ему пришлось остаться в доме.
- Как ты себя чувствуешь? – решился начать первым разговор я, умывшись и позавтракав.
Он не ответил. Отвернулся к окну, продолжил чтение.
- Андрей, ну, пожалуйста. Пойми меня, я… боялся.
- Чего ты боялся? – он не выдержал. – Ну чего здесь можно бояться?
- Просто это всё… Я не знаю, как объяснить. Я не доверял тебе.
Андрей насупился и вернулся к чтению. Через пару минут он словно нехотя спросил:
- А теперь доверяешь?
- Да, - помедлив, ответил я. На что он лишь вздохнул.
***
Зима приближалась быстро. Только деревья были украшены листвой, как вдруг сумасшедший ветер сорвал их и растрепал по всему белому свету. Мы всё чаще сидели на кровати вдвоём, занимаясь то чтением, то просмотром фильмов (у нас был ноутбук, но интернета не было). И спали мы вместе на кровати. Для меня это не было проблемой. Я абсолютно ничего не чувствовал к Андрею. Будто с братом лежать рядом, ничего такого. Он, похоже, тоже. Правда, он любил просыпаться пораньше и наблюдать, как я сплю, но мало ли у кого какие странности.
О том, что у Андрея день рождения, я узнал случайно – проговорился. Так как возможности что-то ему купить у меня не было, мне пришла в голову мысль испечь торт. Я выгнал парня на улицу, а сам принялся изучать содержимое наших шкафчиков и холодильника. Как сделать торт я имел весьма смутное представление. Очень и очень смутное. Поэтому, наткнувшись на дрожжи и прочитав рецепт на обороте, я решил испечь пирог. Как оказалось, это не так-то просто. Я запутался в этих «разведите в тёплом молоке», «поставьте в тёплое место». А как же мука? Ага, мука потом.
