А вот оценка положения дел 21 год спустя после полной смятения речи Кеннеди. Видный американский политолог, профессор Маршалл Голдман в статье памяти бывшего президента США Рональда Рейгана пишет:
Настроения американского общества в пору первого президентского срока Рейгана хорошо иллюстрирует появление в США в 1984 году книги под красноречивым названием «Как быть, когда придут русские. Справочник по выживанию» (
В том же году на экранах появился (и собрал свыше 38 млн долларов) голливудский боевик «Красный рассвет» режиссера Джона Милиуса о попытке Советов покорить мир, прежде всего США и Китай. Все по– взрослому: Пекин и Вашингтон уничтожены ядерными взрывами, та же судьба постигла города и штаты Омаха, Канзас-Сити, Небраска, Миссури. Только Китай потерял 400 миллионов человек, Red Army повсюду высаживает свои парашютные десанты. Америку спасает партизанский отряд американских школьников «Россомахи». Они подрывают советский штаб и военную базу. Как следствие наступает перелом войны, красные покидают американский континент. Такая концовка должна была взбодрить зрителей.
Панический страх отстать и оказаться жертвой внезапного советского удара десятилетиями портил жизнь жителям США. В этих настроениях были свои пики – кубинский кризис, советские ядерные испытания на Новой Земле. Показатели этих испытаний (58 мегатонн, а Хрущев посулил, что будет и 100) наводили на мысль, что СССР готов истребить целые континенты.
Пентагоновские генералы были настроены иначе – не зря они десятилетиями разрабатывали планы разгрома СССР. Но громить противника на бумаге – не то же самое, что в жизни, и планы один за другим ложились в секретные сейфы, никак не влияя на настроения американских масс, озабоченных совсем другим – «встречными» планами советских генералов.
Интересно, что в Европе страх с самого начала был не так силен, как в Америке, хотя, конечно, был немалым и там. Очень характерен в этом отношении роман Артура Кестлера «The Age of Longing» (1951), изобразивший всеобщую готовность к коллаборационизму во Франции, ждущей неминуемого прихода сталинской армии.
Я подробно расспрашивал старого эмигранта (с 1931 года) Романа Николаевича Редлиха о Западе начала 50-х. Коммунизм тогда наступал вовсю, напомнил он: в 1948 году завершилась советизация Восточной Европы, последними в советском блоке оказались Чехословакия и Румыния, в 1949-м была создана ГДР, коммунисты победили в Китае (всего-навсего), шла война в Корее, гражданская война в Греции, Малайе и в других менее известных уголках мира. В 1951-м китайские коммунисты присоединили Тибет. В августе 1949-го в СССР была испытана атомная бомба, в августе 1953-го – водородная. На Западе постоянно прорывались настроения обреченности, американские посольства в Европе имели списки тех, кого надлежало вывезти самолетами за океан, когда Red Army начнет вторжение. Списки были негласные, но шли адские интриги за включение в них.
Все это, однако, мало выходило за пределы верхней страты общества – простую публику в Европе подобные настроения затронули куда меньше. По утверждению Редлиха, СМИ их совершенно сознательно не транслировали. Цензура не требовалась, ее заменяло гражданское чувство редакторов. Писатели (вроде Кестлера) были вольны в самовыражении – но не респектабельные газеты, не радио, не телевидение.
