Груз полностью

В сдержанных мемуарах Людендорфа бакинская неудача названа «тяжким ударом». Не случайно именно в 1918 году тогдашний французский премьер Жорж Клемансо провозгласил: «Капля нефти равна капле крови», а вскоре после капитуляции Германии тогдашний английский министр вооружений Уинстон Черчилль признал: «Мы плыли к победе на потоках нефти» (в начале войны он такое сказал бы вряд ли). Но определеннее всех высказался тогдашний британский премьер Ллойд Джордж, заявивший в дни Версальской конференции: «Если бы немцам удалось проникнуть в Баку и захватить неисчерпаемые нефтяные ресурсы этого района, война продолжалась бы до бесконечности» 1.

Отважный осколок империи, сперва в «красном» (Баксовет), а затем в «белом» (Директория Центрокаспия) обличье, продолжал сражаться после и вопреки гибели самой империи. Можно спорить, отнял ли он у врага победу или нанес ему то, что французы называют coup de grâce («удар милосердия», сокращающий муки обреченного) – в любом случае история не вправе забыть этот подвиг.

Мой друг, американский писатель Дик Портер рассказывал про один из способов, каким в годы его молодости, между концом 40-х и концом 60-х, американская пресса боролась с паническими настроениями в стране. Способ заключался в том, чтобы время от времени напоминать: «Русские – не десяти футов (т. е. не трех метров) ростом». Не надо, мол, терять присутствие духа.

Некоторые его теряли. Министр обороны США Джеймс Форрестол на почве страха перед танковым вторжением Красной Армии повредился умом. Он твердил: «Русские идут, русские идут! Они везде! Я видел их солдат!» и в конце концов 22 мая 1949 года выбросился из окна шестнадцатого этажа. Фраза «Русские идут» на десятилетия стала в Америке крылатой со зловещим, очень долго выветривавшимся окрасом.

Один из гуру английской публицистики Niall Ferguson в статье «Для скучающих по холодной войне» (Дейли телеграф, 29.1.2006) напомнил, что это было такое: «У прежней холодной войны было две отличительных черты… Во-первых, во всех отношениях – в экономическом, военном и культурном – это была гонка без явного лидера, причем сейчас мы постепенно забываем, насколько малой была дистанция. А во-вторых, в этой гонке участвовали всего две силы».

Обратите внимание на слова «сейчас мы постепенно забываем». На эту тему и поговорим: кто забывает и о чем. Бывает крайне удивительно читать в российской печати про «извечно самоуверенных янки» и про то, как «США давили Советы своим превосходством с момента изобретения атомной бомбы и додавили в 1991 году». В подтверждение этой мысли у нас любят напоминать, что США всегда держались за лозунг «политики с позиции силы», хотя это означает просто «политику не с позиции слабости».

Фергюсон прав: дистанция действительно была малой, к тому же в военной сфере ведущие менялись местами. В чем США не уступили ни разу, был надводный флот и стратегические бомбардировщики, в других сферах первенство не раз оказывалось на стороне Советов. В первую очередь это относится к ракетам.

Восемьнадцатого октября 1960 года, за три недели до выборов, кандидат в президенты США Кеннеди произнес совершенно паническую речь о военной мощи СССР (для любознательных ссылка: http://www.presidency.ucsb.edu/ws/?pid=74095). Сказанное объяснялось не только предвыборными соображениями, тем более что в этом вопросе Кеннеди не расходился с соперником. «Что мы можем сказать [Хрущеву]? Разве что: „Вы, может быть, и опередили нас с ракетами, но мы впереди вас в цветном телевидении“».