Вряд ли подобные мысли пришли бы ей в голову, если бы она не потеряла ребенка, о котором даже не догадывалась. Интересно, а если бы она знала о притаившейся у нее внутри новой жизни ей было бы больнее ее потерять? «Вряд ли может быть больнее, – решила она для себя, – но если бы я знала… Чтобы я сделала? Я бы все им рассказала, я бы убедила Славку меня отпустить, я бы убежала сразу, как только обнаружила тело Олега, нет намного раньше, я бы спряталась в Польше, или просто перестреляла их, как только они вошли. Если бы я только знала, я бы спасла своего ребенка». Порою общество одевает костюм виноватой на подвергшуюся насилию женщину, но девушка и без постороннего вмешательства ела себя поедом, полностью растворяясь в чувстве вины перед маленьким нерождённым существом.
Наташа стерла скатившуюся по левой щеке слезинку и с затаенной болью опустила руку на свой совершенно плоский живот. Интересно, какой бы у нее сейчас был срок? А живот был бы уже заметен? Она хотела отмахнуться от этих мыслей, чтоб не чувствовать пустоты у себя под сердцем, но не могла.
– Тетя Наташа, – крикнул заметивший ее маленький Олежка, разобравшийся в хитростях управления новым спасательным кругом.
– Привет, бандит, – сквозь душившие ее слезы улыбнулась она.
– Что-то случилось? – спросила подплывшая к бортику Снежана, вероятно она заметила грусть-печаль в глазах новой няни.
– Все нормально, – отмахнулась девушка, – солнце глаза слепит.
– Присоединяйся к нам, – предложила добродушная хозяйка.
– Нет, спасибо, – отказалась Наташа, хотя жара стояла невыносимая, и добавила: – Я могу заняться ужином, если это необходимо.
– Отличная идея, – обрадовалась хозяйка и обратилась к детям: – А что мы хотим на ужин? Только учтите, что Наташа не заканчивала высшую кулинарную школу в Париже и тот, кто попросит фрикасе из кролика в винном соусе, пойдёт готовить его сам!
– Картофельное пюре! – крикнула Дина, не давая брату и секунды на размышления.
– Согласен? – спросила Наташа глядя на озадаченного таким важным вопросом мальчугана.
– Да, – кивнул чрезвычайно довольный Олежка, – только без подливки!
– Давай сойдемся на том, что вместо подлива будет гуляшь? – присела на корточки перед ним девушка и немного поколебавшийся малыш кивнул.
– А для нашей уставшей мамы салат из пекинской капусты, – добавила Снежана, говоря о себе в третьем лице.
– Фу, – фыркнула Дина, выражая своё отношение к правильному питанию.
– Дай мне шанс, может тебе понравится мой салат, – попросила у неё Наташа и девочка задумалась.
– Как же мне с тобой повезло, – улыбнулась довольная хозяйка и попросила принести её бокал.
«Мне тоже с вами повезло», – думала Наташа, направляющаяся в сторону кухни.
Пока девушка чистила картошку и резала мясо, она немного отвлеклась от скорбных мыслей, сосредоточившись на том, чтоб не ударить в грязь лицом со своим первым кулинарным опытом.
Когда семья появилась к ужину, она уже готова была встретить их во всеоружии.
– Предлагаю не затягивать и выпить за знакомство, – объявила хозяйка, когда они вошли в кухню.
Данное утверждение не требовало согласия, женщина, не успев закончить фразы, достала из холодильника бутылку красного вина и торжественно водрузила её в центр красиво сервированного стола.
К концу ужина, когда счастливая хозяйка объявила о том, что ей все чрезвычайно понравилось, Наташа даже повеселела. Ей казалось, что она провела в этой семье уже несколько месяцев, а совсем недавнее прошлое вспоминалось, как просмотренный на днях фильм про конец света.
– Сейчас, с вашего позволения, мамочка займется своими делами, а вы можете отправиться на прогулку вдоль прибрежной линии. Только если хотя бы одна хитрая жопка подойдёт близко к краю обрыва, тётя Наташа немедленно отведет вас обратно домой! Понятно?
– Ага, – вылезая из-за стола утвердительно кивнула обрадованная Дина, вряд ли всерьёз собирающаяся следовать наставлениям матери.
– А самый маленький у нас ходит только за ручку с тётей Наташей, иначе быстро вернётся домой! – продолжила строгая мать, – И вообще, во всем слушаться тетю Наташу! Если, когда вы вернетесь, она будет на вас жаловаться…
– Мы все поняли, – перебила её Дина и побежала в свою комнату по каким-то только ей понятным чрезвычайно важным подростковым делам.
Наташа, даже не представляющая как сейчас надеть злосчастные кеды на свои израненные ступни, загрустила, но видя, как горят нетерпением счастливые детские глаза, вопрос о степени необходимости данной прогулки не ставила, и послушно побрела вслед за хозяйкой, которая на ходу объясняла ей, как стоит одевать Олежку.
Через несколько минут их небольшая процессия выдвинулась в сторону моря, на прощание помахав оставшейся дома матери. Олежка послушно шёл за руку со своей няней, а Дина брела рядом, и вместо того, чтоб смотреть под ноги, часто заглядывала в свой телефон,
До берега они добрались очень быстро, несмотря на мучительную болезненность каждого Наташиного шага. «Хорошо, что дом располагается в каких-то десяти минутах ходьбы от прибрежной линии», – прихрамывая думала девушка.
