Усиливалась ответственность заключённых за побеги из мест лишения свободы. В соответствии с п. 3 Указа ПВС СССР от 15 июня 1939 года они стали рассматриваться по ст. 58–14 УК РСФСР — злостная форма саботажа и дезорганизации деятельности лагерной жизни и производства. Высшую меру наказания судам рекомендовалось применять, прежде всего, в отношении контрреволюционеров, бандитов, грабителей и других особо опасных преступников и заключённых других категорий, совершивших повторный побег.
Затеянная Берией кампания по пересмотру дел, заведённых на лица, осуждённые «тройками», сразу же выявила такой огромный объём работы, что центральному аппарату НКВД СССР это было просто не под силу. Этим и объясняется издание совместного приказа наркома внутренних дел и прокурора СССР, предоставившего право наркомам союзных республик, начальникам УНКВД краёв и областей самостоятельно выносить решение о снижении установленного бывшими «тройками» НКВД — УНКВД сроков наказания до 3–5 лет, заменять заключение в ИТЛ ссылкой или снижать наказания до фактически отбытого срока с освобождением из-под стражи. В результате из лагерей и колоний были освобождены почти 837 тысяч человек. Правда, впоследствии указывалось, что в ряде случаев допускалось необоснованное освобождение от наказания отдельных лиц, что вызывало необходимость повторных арестов.
Была отменена практика, запрещавшая устанавливать на могилах умерших осуждённых какие-либо опознавательные знаки. В справке, приобщённой к личному делу, в случае смерти указывалось место захоронения.
Был восстановлен прежний порядок снабжения путевым и вещевым довольствием заключённых, освобождаемых из лагерей и колоний. При отсутствии у освобождённого денег на лицевом счету или невозможности получить их от родственников оплачивался проезд к избранному месту жительства. На путь следования выдавались сухой паёк или деньги по нормам питания для осуждённых. Хорошо работавшему осуждён ному оплачивался проезд и выдавались суточные на время следования в пути независимо от наличия средств на лицевом счету.
Осуждённые получили возможность вести розыск родственников на свободе и в местах заключения. В этом случае письма направлялись сверх установленной нормы.
На фоне обозначенной «оттепели» в июне 1939 года Берия нанёс сокрушительный удар по надеждам и чаяниям заключённых, отменив своей властью зачёты рабочих дней и условно-досрочное освобождение для всех категорий осуждённых. Этому предшествовало закрытое заседание Президиума Верховного Совета СССР от 25 августа 1938 года, на котором рассматривался вопрос о досрочном освобождении заключённых, отличившихся на строительстве вторых путей от станции Карийская до Хабаровска. Взял слово И. Сталин, который сказал: «Мы плохо делаем, что нарушаем работу лагерей. Освобождение этим людям, конечно, нужно, но с точки зрения государственного хозяйства это плохо… Нельзя ли дело повернуть по-другому, чтобы люди эти оставались на работе, — награды давать, ордена, может быть? Досрочно их сделать свободными, чтобы они оставались на строительстве как вольнонаёмные?.. Это, как у нас говорилось, — добровольно-принудительный заём, так и здесь — добровольно-принудительное оставление».
С мнением Сталина приходилось считаться, и потому Л.П. Берия подписал приказ о награждении четырёх осуждённых медалями «За трудовое отличие» с освобождением от дальнейшего наказания. Это был предпоследний в истории мест лишения свободы приказ о награждении заключённых правительственными наградами. Этим же приказом выделялся один миллион рублей для поощрения 4300 заключённых Амурлага, Южлага, Кандалакши-Куолоярви ИТЛ. Решением Особого совещания при НКВД СССР 50 заключённых досрочно освобождались от наказания, 100 осуждённым сокращался срок.
