Выскочив на крыльцо, светловолосый оглядел площадь, но Паолы не увидел. Тогда он замер и несколько секунд стоял неподвижно, словно решая, что делать теперь. Глядя на светловолосого, Паола думала, что сейчас он спрыгнет с крыльца и, словно собака, почуявшая след, бросится к ней,— она понимала, что если это случится, убежать от него она не сумеет.
Еще какой-то миг светловолосый оставался на крыльце, озираясь по сторонам, потом развернулся и вошел туда, откуда выскочил минуту назад.
Стоя в паре метров от выхода из проулка, Паола чувствовала, что готова упасть: сердце ее билось будто обезумевший камертон, колени дрожали, челюсти свело судорогой, словно она раскусила лимон. Заметив светловолосого, она нырнула в боковую нишу дома напротив библиотеки — с площади ее увидеть было нельзя, она же видела крыльцо Палаццо ди Алья. Пару минут после того, как светловолосый скрылся в библиотеке, она так и стояла, чувствуя стекающий по вискам пот. Перед глазами ее, словно медузы в адском аквариуме, плавали лица Лучии и синьора Картези. Паола до сих пор не могла поверить в то, что они умерли, хотя своими глазами видела трупы… Наконец, почувствовав, что может идти, она осторожно выглянула из ниши. Сквозь переулок увидела дюжину парочек, сидящих за столиками кафе-мороженого, и подумала: «Господи, эти люди и не подозревают, что произошло в библиотеке!..»
Внезапно Паола ощутила, что не в силах оставаться возле Палаццо ди Алья, выскочила из ниши и бросилась по переулку в противоположную от площади сторону, даже не вспомнив о рукописи, оставшейся в библиотеке,— сейчас ни за какие сокровища в мире она не согласилась бы вернуться туда — ведь там остался светловолосый!
Через минуту она добежала до узкой улочки, идущей параллельно виа ди Сета, и бросилась вправо — в сторону корсо Чентрале. В мозгу ее билась одна лишь мысль: добраться до кольцевой дороги возле пьяцца дель Фуоко, там она обязательно встретит полицейских, а если нет — отправится прямо в комиссариат.
Паола бежала по улочке, над которой висели бельевые веревки: возле домов стояли мусорные бачки, машин на мостовой не было — так же, как и людей,— лишь несколько малышей играли на тротуаре… Паола бежала не останавливаясь и благодарила Мадонну за то, что на ногах у нее не вечерние туфли, а простые босоножки без каблуков…
Глядя на мигающий индикатор, Гольди чувствовал холод. Впервые в жизни он медлил, прежде чем совершить это тысячи раз отработанное до автоматизма движение,— как сказал Аз Гохар, он догадывался, кто был на том конце линии… Наконец, протянув руку к рации, он щелкнул тумблером, в следующий же миг сидящие в «ланче» услышали голос:
— Это Плацци, Гольди. Вы меня слышите? Комиссар облизнул губы:
— Да, доктор.
— Где вы находитесь?
Гольди бросил взгляд в зеркало — мышцы на морщинистом лице Аз Гохара двинулись, словно приказывая комиссару ответить.
— Недалеко от комиссариата.
— Мы разговаривали с вами три минуты назад. За это время вы могли исправить неполадки или вызвать машину, если поломка серьезна… Что у вас с машиной?
— Что-то с бензонасосом.
— С насосом?
— Да, глохнет двигатель.
— Где вы находитесь?
— В четырех кварталах от управления — на виа Кардинале, возле музыкального магазина.
— Понятно… — Плацци помедлил.— Вот что, комиссар, будьте на месте и никуда не уезжайте — я высылаю за вами машину.
На короткое время в динамике повисла тишина — очевидно, Плацци приказывал кому-то выехать на виа Кардинале. Пока длилась пауза, Гольди сказал:
— Это в двух километрах от нас.
Аз Гохар молча кивнул. Комиссар скользнул взглядом по лицам Джей и Андрея, выжидательно глядящих на него, и сосредоточился на рации… Через пару секунд в динамике раздался щелчок, и Гольди проговорил, опережая Вассаха:
— Послушайте, доктор, миланские карабинеры уже подъехали к комиссариату?
— Да.
— Их числа достаточно, чтобы обеспечить безопасность Террено?
— Вполне… — На секунду в голосе Плацци проскользнула жесткость.— Гольди, вы беспокоитесь о том, о чем бы вам волноваться не стоило. Я уже распределил людей: треть карабинеров отправилась к монастырю, остальные приняли под охрану все городские объекты. У вас, комиссар, сейчас одна задача — добраться до управления и включиться в работу.
— Да, конечно… А что происходит в монастыре?
— Пожарные оцепили его по периметру, все держится под контролем.
— Понятно… — внезапно комиссар ощутил комок в горле и сглотнул, чтобы избавиться от него. В тот же миг Плацци спросил:
— Что у вас с голосом, Гольди?
— С голосом? Ничего.
— Что-то случилось? — продолжал Плацци.— Мне не нравится ваш тон, комиссар. У вас все в порядке?
— Да.
— Борзо с вами?
— Конечно.
— Вот как… — Плацци помедлил. Комиссар взглянул в зеркало и увидел обеспокоенное выражение на лице Аз Гохара. Тем временем Плацци продолжил: — Я слышу какой-то звук.
— Звук?
