С каждой секундой расстояние до городской окраины уменьшалось и стена черепичных крыш разрасталась, убегая вправо и влево. С правой стороны от дороги Франческо видел водозаборную башню, стоящую на берегу Олоны. До башни было около пятисот метров, но она была видна лишь частично — половину скрывали деревья, протянувшиеся от реки до шоссе. Эти же деревья скрывали городскую окраину, оставляя видимыми лишь крыши домов. Сейчас он прошел половину расстояния между автозаправочной и окраиной города и четко различал дюжину зданий, примостившихся возле шоссе, переходящего в Корсо Чентрале, ларек продавца газет, автобусную остановку и огромный автобус, въехавший в эту самую остановку. Никакого движения впереди не было — колыхались только кроны деревьев под порывами ветра.
Идя по шоссе, Франческо с напряжением всматривался в крыши домов, не замечая, как сжимаются желваки, каменея и отдаваясь болью в висках. Глядя на приближающуюся остановку, он пытался думать о том, что Мальда и Фернандина спаслись, и старался подготовить себя к тому, что увидит через минуту. Ему не впервой было видеть смерть человека — от пули, гарроты, ножа… но то, что он должен был увидеть сейчас, было смертью иного рода — тысячи ни в чем не повинных людей были убиты дьявольскими созданиями. Шагая к Террено, Франческо настраивал себя на то, чтобы остаться спокойным и сохранить хладнокровие, иначе, если он поддастся эмоциям, он может погибнуть.
За пару минут он прошел последние метры шоссе и оказался в том месте, где оно переходило в корсо Чентрале: поперек дороги была прочерчена желтая линия, с внешней стороны от которой был выписан номер шоссе, с внутренней — «Добро пожаловать в Террено!», в сорока метрах от надписи стоял газетный ларек.
На мгновение Франческо остановился, обводя взглядом улицу. Никакого движения он по-прежнему не замечал. Возле газетного ларька виднелся труп продавца, лежащий на земле таким образом, что из-за ларька выглядывала только его нижняя половина, метрах в семидесяти от ларька замер автобус, протаранивший остановку, с левой стороны улицы тянулись деревья. Частично они закрывали стоящие за ними дома, поэтому Франческо не мог разглядеть, есть ли там люди. Однако метрах в ста от него, как раз напротив автобусной остановки, располагалось кафе, и в этом кафе он без труда различил несколько человеческих силуэтов. Наконец, еще дальше автобусной остановки, там где корсо Чентрале облачалось в бетон, виднелась пара машин.
Медленно втянув носом воздух, Франческо прислушался к телу. До сих пор ничего необычного он не ощущал и сейчас не почувствовал, чтобы воздух отличался от того, к какому он привык за годы жизни в Террено: в нем чувствовались запах реки и нагретого солнцем асфальта, аромат цветущих каштанов… Похоже, его догадка верна, подумал Франческо: газ сдувается ветром. Оглянувшись по сторонам, он двинулся по корсо Чентрале.
Полминуты спустя он прошел мимо ларька, не останавливаясь проследовал дальше и через двадцать секунд оказался у автобусной остановки. Пока он шел, ему постоянно казалось, что он слышит какой-то звук, доносящийся с севера — оттуда, где замерли автомобили. Возле ларька он почти не был слышен, однако с приближением к автобусу, становился все более отчетливым, превращаясь из прерывистого (из-за порывов сносящего его ветра) в непрерывный. Когда он поравнялся с автобусом, то понял, что протяжный звук был воем автомобильного клаксона. «Наверное, один из автомобилей врезался в дом, и у него замкнуло проводку»,— подумал Франческо, переводя взгляд на автобус,— пластмассовая остановка была снесена почти начисто: уцелела лишь одна ее стенка, наклонившаяся под углом к тротуару, остальные превратились в обломки, усеявшие землю в радиусе двадцати метров, огромный пятидесятиместный автобус, въехавший в остановку, был рейсовым», направлявшимся в Милан. Бросив взгляд на его окна, Франческо увидел, что автобус был заполнен почти на три четверти: сейчас большинство пассажиров замерло, уткнувшись головами в сиденья,— съехав с дороги, автобус снес остановку и зарылся бампером в землю,— однако двигатель его до сих пор работал, и его мягкое урчание звучало кощунственным диссонансом на фоне того, что находилось в салоне.
Оторвав взгляд от автобуса, Франческо двинулся дальше.
