Внутренний протест Абхишиктананды против индуистских храмовых ритуалов и манер был уничтожен его личным опытом. Он пишет:
«Этот человек с короткими ногами, неухоженной бородкой, носивший одну лишь набедренную повязку, который только что ворвался в его жизнь, мог попросить его о чём угодно — даже подобно Садашиве обнажённым отправиться скитаться по дорогам и весям, дав обет молчания, — и он, Странник, даже не попросил бы его дать хоть какие-то разъяснения»[24].
25 декабря 1955 г. он сообщает своей сестре: «Впервые в жизни я понял гурубхакти (преданность гуру) и гурушакти (силу гуру)»[25].
В этой же главе он красноречиво говорит о важности даршаны гуру. Теперь он понял гуру таттву индийской традиции. Его предание себя гуру было спонтанным и полным:
«Даршана гуру — последний шаг на пути к финальной даршане, при которой завеса поднимается и двойственность исчезает. Именно эту важнейшую даршану Индия ищет с самого начала, именно в ней она открывает собственную тайну и, открывшись тебе, раскрывает твои собственные скрытые глубины»[26].
До сих пор Богом, Которому он поклонялся, и его садгуру был Иисус Христос. Теперь он признал садгуру в Шри Джнянананде:
«Зачем противопоставлять Христа и моего гуру? Разве мой гуру — не одна из форм, в которых Христос предстаёт перед моими чувствами, взором и слухом, чтобы я мог простираться перед Ним, чтобы помочь мне достичь Его в глубинах моей души, где Он есть Тот, Кем на самом деле является? Христос ближе ко мне в моём гуру, нежели в любом воспоминании о Его пришествии на землю. Встреча с гуру есть подлинное богоявление… Христос памяти и веры и Христос в образе гуру приходят ради внутреннего проявления, встречи, признания…»[27]
Позже, 20 января 1956 г., он добавляет:
«Удивительно, что Христос может явиться христианину в образе гуру-шиваита»[28].
Сегодня важность традиции гуру широко известна на Западе. Когда же Абхишиктананда оказался в индуистском Тируваннамалае, именно в Тапованаме он полностью погрузился в индуизм у стоп своего гуру. Его восприятие индуистской традиции гуру отражено в гимне, посвящённом Христу, который он написал во время своего шестинедельного затворничества в Мауна Мандире (Кумбаконам, ноябрь- декабрь 1956 г.), куда он отправился, следуя совету своего гуру посвятить себя длительной дхьяне:
